36 дней по прогнозу — и долгий, частный, негламурный год восстановления, которого никто не видит. Obod теряет футболиста; он теряет значительно больше, чем сезон.
Уже 7 матчей без победы, и оправдания истёрлись раньше терпения. Кому-то в Obod придётся добыть результат — неважно откуда.
Трибуны31.08.2026
Свист идёт с трёх сторон
«Мы платим за это каждые две недели. Хотелось бы видеть хотя бы того, кому не всё равно». 7 из 31 игроков основы уходили в этот свист; остальные не играли.
«Это не обида. Я думал об этом месяцами, и ничто из последних событий моего решения не изменило». Заявление лежит на столе в «Obod», и забирать его никто не собирается.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Obod на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Eldor Suyunov в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
«Я ставлю тех, кто делает работу. Всю работу». Ни одной фамилии не прозвучало — и всё же каждая камера повернулась к Nodir Akhmedov, а тренер этому не мешал.
Серию пенальти запоминают по её концовке, а концовка этой — Kamronbek Hamroyev: 3 отражённых удара и трибуны, которые будут пересказывать каждый из них ещё лет двадцать.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Obod на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
«Я ставлю тех, кто делает работу. Всю работу». Ни одной фамилии не прозвучало — и всё же каждая камера повернулась к Jasur Ahmedov, а тренер этому не мешал.
«Есть решения, которые зреют долго. Это заняло десять минут, из них большая часть ушла на поиски ручки». Rustam Tukhtasinov и «Obod» продлили сотрудничество — в графе «срок» стоит цифра 4.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Akmal Suyunov в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
В 18 о нём поют люди вдвое старше — привязанность, которую новичок зарабатывает годами, а местный мальчишка получает просто за то, что появился. И это же самое трудное, чему в футболе нужно соответствовать.
Ошибка в обороне — это эпизод, ошибка в воротах — это гол. Kamronbek Hamroyev понимает это сам, трибуны поняли мгновенно, и позади него не было никого, кто превратил бы это во что-то другое.
Всего 10 сейвов, и минимум три из них вообще не должны были стать сейвами. Десять полевых игроков у него в долгу — и сами это понимают.
Трибуны03.08.2026
Свист идёт с трёх сторон
«Мы платим за это каждые две недели. Хотелось бы видеть хотя бы того, кому не всё равно». 11 из 32 игроков основы уходили в этот свист; остальные не играли.
Sardor Komilov оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Состав03.08.2026
Akmal Suyunov поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
«Я ставлю тех, кто делает работу. Всю работу». Ни одной фамилии не прозвучало — и всё же каждая камера повернулась к Eldor Suyunov, а тренер этому не мешал.