«Есть решения, которые зреют долго. Это заняло десять минут, из них большая часть ушла на поиски ручки». Levan Shengelia и «Dinamo Batumi» продлили сотрудничество — в графе «срок» стоит цифра 2.
Levan Shengelia оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
«Я ставлю тех, кто делает работу. Всю работу». Ни одной фамилии не прозвучало — и всё же каждая камера повернулась к Otar Gamsakhurdia, а тренер этому не мешал.
Её дважды опровергли и трижды напечатали — обычная арифметика. Пока Levan Khozrevanidze что-нибудь не подпишет — контракт с «Dinamo Batumi» или с кем-то ещё, — эта колонка принадлежит ему.
Коротко
ПравлениеКонвейер «Dinamo Batumi» продолжает работать
ПравлениеПравление «Dinamo Batumi» поддерживает тренера
20 домашних матчей без поражений. Гости приезжают, уже рассуждая об атмосфере, а это обычно признак того, что половину матча они проиграли ещё до стартового свистка.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Dinamo Batumi на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Состав25.09.2028
Oscar Belinetz поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
Беспроигрышная серия достигла 12 матчей. Где-то были победы, где-то — спасения, но команда, которая отказывается проигрывать, — это команда, о которой говорят в чужих раздевалках.
«Мне нечего сказать плохого об этом месте. Просто мне нужно быть в другом». Теперь это на бумаге, и «Dinamo Batumi» уже не смогут сделать вид, что не слышали.
«Мне сказали, какая у меня будет роль, и я подписывал контракт исходя из этого. Ничего не произошло». Претензия с конкретной датой улаживается тяжелее всего.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Dinamo Batumi на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Состав04.09.2028
Oscar Belinetz поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
$8.3M — серьёзные деньги, но деньги не играют в нападении. В раздевалке все помнят, на кого смотрели, когда не шло.
Матч12.08.2028
Dinamo Batumi превратил свой стадион в неуютное место
17 игр без поражений на своём газоне. Поле не изменилось — изменились трибуны: шумят раньше и быстрее чувствуют момент, когда соперник предпочёл бы оказаться где-нибудь ещё.
Бухгалтеры назовут это хорошей сделкой и будут правы — только за пределами правления об этом никто и не спорит. Imran Oulad Omar был одной из причин, по которым люди приходили, и $8.3M сама по себе этого не заменит.
Серия без поражений добралась до 9 матчей. Одни были заработаны, другие — пережиты, но складывается привычка. А привычка — самое трудное, против чего можно играть в футболе.
«Мне сказали, какая у меня будет роль, и я подписывал контракт исходя из этого. Ничего не произошло». Претензия с конкретной датой улаживается тяжелее всего.
Форма приходит и уходит; эта не ушла. Ahmet Doğan Yıldırım — ему всего 21, и та его версия, что тренируется сейчас, не попала бы в состав, где он был год назад.
Levan Shengelia оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Слова, которые физиотерапевт произносит медленно. 14 дней — это то, что объявит клуб, и всякий, кто уже слышал такой диагноз, знает, что цифра здесь наименьшая из проблем: колено возвращается раньше игрока.
«Это не обида. Я думал об этом месяцами, и ничто из последних событий моего решения не изменило». Заявление лежит на столе в «Dinamo Batumi», и забирать его никто не собирается.
Уже 3 побед подряд, и вопрос сменился: не «когда кончится серия», а «кто её прервёт». Такую уверенность не купишь — её зарабатывают ровно таким способом.
Otar Gamsakhurdia оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Guram Japaridze в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Otar Gamsakhurdia оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Guram Japaridze в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
«Я ставлю тех, кто делает работу. Всю работу». Ни одной фамилии не прозвучало — и всё же каждая камера повернулась к Anio Poçi, а тренер этому не мешал.
Состав15.05.2028
Imran Oulad Omar стал для тренера человеком, которому тот доверяет
Никто в Dinamo Batumi не скажет этого под запись, а составы говорят это уже несколько недель. В любой команде есть небольшая группа, которую выпускают, когда матч трудный, — и он теперь в ней.
Девяносто минут без голов — и спор начался раньше, чем опустела парковка: очко в матче с «Chikhura» добыто или два отданы? К четвергу к согласию так и не придут.
Серия без поражений добралась до 11 матчей. Одни были заработаны, другие — пережиты, но складывается привычка. А привычка — самое трудное, против чего можно играть в футболе.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Dinamo Batumi на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
«Кто не бежит за эту футболку, долго её не носит». Фамилию не назвали, да и не требовалось: в раздевалке поняли все.
Матч15.04.2028
Dinamo Batumi превратил свой стадион в неуютное место
8 игр без поражений на своём газоне. Поле не изменилось — изменились трибуны: шумят раньше и быстрее чувствуют момент, когда соперник предпочёл бы оказаться где-нибудь ещё.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Guram Japaridze в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Состав17.04.2028
Imran Oulad Omar стал для тренера человеком, которому тот доверяет
Никто в Dinamo Batumi не скажет этого под запись, а составы говорят это уже несколько недель. В любой команде есть небольшая группа, которую выпускают, когда матч трудный, — и он теперь в ней.
Девяносто минут без голов — и спор начался раньше, чем опустела парковка: очко в матче с «Dinamo Tbilisi» добыто или два отданы? К четвергу к согласию так и не придут.
Беспроигрышная серия достигла 10 матчей. Где-то были победы, где-то — спасения, но команда, которая отказывается проигрывать, — это команда, о которой говорят в чужих раздевалках.
Самое трудное в том, чтобы в 21 играть за первую команду, — никто не делает скидок. Giorgi Kokhreidze они не понадобились: 7.85, и он выглядел самым спокойным человеком на поле.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Dinamo Batumi на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
6 голов в одном матче, Mirian Zoidze в протоколе и счёт, который выглядит как опечатка. Нейтральные болельщики не могли просить у Dinamo Batumi и Zugdidi большего.
Есть особая теплота, которую стадион приберегает для 22-летнего, которого считает своим. У Collins Onovughe она теперь есть, и всё, что он сделает здесь дальше, будут мерить по той доброжелательности, что досталась ему даром.
Уже 3 побед подряд, и вопрос сменился: не «когда кончится серия», а «кто её прервёт». Такую уверенность не купишь — её зарабатывают ровно таким способом.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Dinamo Batumi на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
У любой карьеры есть версия, в которой игрок оказывается там, где выбрал сам, а не там, где выбрали его. Kabelo Sekaledi проживает эту версию в Dinamo Batumi, и обычно это видно уже в первый месяц.
«Я отдал этому всё, но моей семьи здесь нет — и меня, если честно, тоже». Плохую форму можно поправить тренировками. От этого тренировками не избавлялся ещё никто, и в Dinamo Batumi это понимают.
Otar Gamsakhurdia оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Giorgi Janelidze в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Коротко
СоставImran Oulad Omar стал для тренера человеком, которому тот доверяет
Otar Gamsakhurdia оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Состав07.02.2028
Themba Kekana получает переход, которого всегда хотел
Футболистов так часто спрашивают о клубе их детства, что ответ уже никто не слушает. Themba Kekana только что подписал контракт с Dinamo Batumi — и в кои-то веки ответ имел значение.
Состав07.02.2028
Anio Poçi поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
По субботам он делает то, на что вокруг никто не может ответить: примерно один сезон это лестно, а дальше становится проблемой. В Dinamo Batumi его не удержат, делая вид, что это не так.
Guram Japaridze оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
Каждая пресс-конференция теперь начинается и заканчивается одинаково — будущим Levan Khozrevanidze. У тренера закончились новые способы ничего не сказать.
Коротко
Рынок«Dinamo Batumi» делает покупки там, где бесплатно
Личная награда — странная вещь в командной игре, но лучшие из них никто не оспаривает. У него был такой год, который заканчивается зачитыванием его имени, — и выгоду от этого получил Dinamo Batumi.
Это самая законная амбиция в спорте и самая трудная для большинства клубов. Paulo Vitor хочет континентального футбола; сможет ли Dinamo Batumi его дать — вопрос о следующих двух сезонах, а не о нём.
Otar Gamsakhurdia оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Руководство выложило на стол деньги, а не слова поддержки. Что с ними будет дальше — уже чужая проблема и чужая работа.
Состав03.01.2028
Ramez Al-Attar поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
Жестоко, недвусмысленно и, при всём ужасе момента, обычно менее определяюще для карьеры, чем связка, которой боятся сильнее. 24 дней, ясные сроки и дата возвращения, под которую действительно можно планировать.
Предложение «Sporting Cristal» по Imran Oulad Omar выслушали и вернули в тот же день. Первые заявки редко делаются, чтобы пройти, — ими проверяют, насколько громко захлопнется дверь.
Otar Gamsakhurdia оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Коротко
СоставRamez Al-Attar поссорился с партнёром из-за требовательности
СоставImran Oulad Omar стал для тренера человеком, которому тот доверяет
ПравлениеПравление «Dinamo Batumi» поддерживает тренера
34 дней по прогнозу — и долгий, частный, негламурный год восстановления, которого никто не видит. Dinamo Batumi теряет футболиста; он теряет значительно больше, чем сезон.
«Мне сказали, какая у меня будет роль, и я подписывал контракт исходя из этого. Ничего не произошло». Претензия с конкретной датой улаживается тяжелее всего.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Dinamo Batumi на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
При 9 голах за сезон и среднем балле 7.21 иначе и не бывает. Пространства, которое он находил раньше, больше нет — а он всё равно забивает. Так и отличают настоящих.
Слова, которые физиотерапевт произносит медленно. 72 дней — это то, что объявит клуб, и всякий, кто уже слышал такой диагноз, знает, что цифра здесь наименьшая из проблем: колено возвращается раньше игрока.
Levan Shengelia оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
В 21 лет он целый месяц был лучше всех сверстников в лиге — это другое и более трудное дело, чем один хороший день. В Dinamo Batumi очень постараются не раздувать это.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Dinamo Batumi на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
В 22 о нём поют люди вдвое старше — привязанность, которую новичок зарабатывает годами, а местный мальчишка получает просто за то, что появился. И это же самое трудное, чему в футболе нужно соответствовать.
Оценка 7.70 за матч, который он пробежал от первого свистка до последнего. Что бы ещё ни разладилось у Dinamo Batumi, лучший игрок на поле был из их состава.
Состав19.07.2027
Ramez Al-Attar поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
«Есть решения, которые зреют долго. Это заняло десять минут, из них большая часть ушла на поиски ручки». Otar Gamsakhurdia и «Dinamo Batumi» продлили сотрудничество — в графе «срок» стоит цифра 3.
Единственный вариант непопадания в состав, с которым игрок не может спорить, — и тот, что он переносит хуже всего. Кто-то был лучше, и состав говорит об этом публично, каждую неделю, пока всё не изменится.
Коротко
Оценки игроковPaulo Vitor наглухо перекрыл свою зону
Победная серия из 4 матчей меняет то, как соперник разминается: тише, с частыми взглядами в вашу сторону. Серии заканчиваются, все это знают — но в этой раздевалке никто на это не закладывается.
Levan Shengelia оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
«Самая лёгкая подпись в моей карьере». Tray Fuller и Dinamo Batumi договариваются ещё на 3 года, и тренер может строить планы вокруг него, а не насчёт него.
Жестоко, недвусмысленно и, при всём ужасе момента, обычно менее определяюще для карьеры, чем связка, которой боятся сильнее. 27 дней, ясные сроки и дата возвращения, под которую действительно можно планировать.
Бухгалтеры назовут это хорошей сделкой и будут правы — только за пределами правления об этом никто и не спорит. Otar Gamsakhurdia был одной из причин, по которым люди приходили, и $410.0K сама по себе этого не заменит.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Zurab Zivzivadze в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
При 28 голах за сезон и среднем балле 7.82 иначе и не бывает. Пространства, которое он находил раньше, больше нет — а он всё равно забивает. Так и отличают настоящих.
Жестоко, недвусмысленно и, при всём ужасе момента, обычно менее определяюще для карьеры, чем связка, которой боятся сильнее. 36 дней, ясные сроки и дата возвращения, под которую действительно можно планировать.
Серия без побед дошла до отметки 5, и на стадионе поселилась особая тишина трибун, ждущих худшего. Одна корявая победа 1:0 вылечила бы почти всё — это и сводит с ума.
«Это не обида. Я думал об этом месяцами, и ничто из последних событий моего решения не изменило». Заявление лежит на столе в «Saburtalo», и забирать его никто не собирается.
Некоторым трансферам нужна рекламная кампания. Этому хватило футболки со старым номером. Luka Sanikidze снова игрок «Saburtalo», и у города есть главная история лета.
Советам директоров годами говорят, что они делают не так, и молчат в дни, когда те попадают в точку. Сегодня как раз такой день: Luka Sanikidze из Dila за $240.0K — и касса, у которой очень хорошее утро.
Коротко
СоставZurab Zivzivadze поссорился с партнёром из-за требовательности
Жестоко, недвусмысленно и, при всём ужасе момента, обычно менее определяюще для карьеры, чем связка, которой боятся сильнее. 43 дней, ясные сроки и дата возвращения, под которую действительно можно планировать.
«Это не обида. Я думал об этом месяцами, и ничто из последних событий моего решения не изменило». Заявление лежит на столе в «Saburtalo», и забирать его никто не собирается.
Трибуны28.06.2027
Кубковый разгром у Dila заставляет Saburtalo оправдываться
0-3, и задолго до конца гостевой сектор перешёл от поддержки к чему-то заметно более резкому. Из-за поражения в один мяч в радиоэфир не звонят.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Saburtalo на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Zurab Zivzivadze в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Кости срастаются. Это единственное милосердное в такой травме и причина, по которой в Saburtalo будут говорить о ней откровеннее, чем о колене. Он вернётся — и примерно тогда, когда обещают.
Предложение «Dinamo Tbilisi» по Nika Kiteishvili выслушали и вернули в тот же день. Первые заявки редко делаются, чтобы пройти, — ими проверяют, насколько громко захлопнется дверь.
Otar Gamsakhurdia оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
При 8 голах за сезон и среднем балле 7.28 иначе и не бывает. Пространства, которое он находил раньше, больше нет — а он всё равно забивает. Так и отличают настоящих.
Кости срастаются. Это единственное милосердное в такой травме и причина, по которой в Saburtalo будут говорить о ней откровеннее, чем о колене. Он вернётся — и примерно тогда, когда обещают.
Предложение «Melbourne City» по Aleksandre Gvelesiani выслушали и вернули в тот же день. Первые заявки редко делаются, чтобы пройти, — ими проверяют, насколько громко захлопнется дверь.
Бывают дни, когда вратарь и есть команда. 6 сейвов, причём несколько из тех, что отражать никто не рассчитывал, и счёт, который льстит всем, кто играл впереди него.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Saburtalo на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Zurab Zivzivadze в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Правление14.06.2027
Из раздевалки «Saburtalo» никто не спешил выходить
Дверь оставалась закрытой ещё долго после финального свистка. Что там говорили — их дело; сработало ли это, решит суббота.
Кости срастаются. Это единственное милосердное в такой травме и причина, по которой в Saburtalo будут говорить о ней откровеннее, чем о колене. Он вернётся — и примерно тогда, когда обещают.
«Мне нечего сказать плохого об этом месте. Просто мне нужно быть в другом». Теперь это на бумаге, и «Saburtalo» уже не смогут сделать вид, что не слышали.
Победная серия из 4 матчей меняет то, как соперник разминается: тише, с частыми взглядами в вашу сторону. Серии заканчиваются, все это знают — но в этой раздевалке никто на это не закладывается.
Yakov Chesnokov оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Zurab Zivzivadze в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Жестоко, недвусмысленно и, при всём ужасе момента, обычно менее определяюще для карьеры, чем связка, которой боятся сильнее. 98 дней, ясные сроки и дата возвращения, под которую действительно можно планировать.
Sapovnela захочет поскорее забыть этот день: 8‑2, ни одного выигранного единоборства и долгая дорога домой. Saburtalo был безжалостен так, как умеют только хорошие команды.
У гостевого сектора, наблюдающего, как один человек забивает дважды, есть особая тишина. Nika Kiteishvili её обеспечил, и 9.45 рядом с его фамилией скорее щедра ко всем остальным.
При 18 голах за сезон и среднем балле 7.55 иначе и не бывает. Пространства, которое он находил раньше, больше нет — а он всё равно забивает. Так и отличают настоящих.
Самое трудное в том, чтобы в 20 играть за первую команду, — никто не делает скидок. Vyacheslav Pugachev они не понадобились: 7.83, и он выглядел самым спокойным человеком на поле.
Chibuike Nwaiwu оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Zurab Zivzivadze в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Награда небольшая, а смысл у неё тяжёлый: четыре недели никто в этом дивизионе не делал свою работу лучше. У «Saburtalo» приз на полке и сам игрок в составе.
«Иногда просыпаешься и понимаешь, что всё родное по-прежнему очень далеко». Дело не в футболе и никогда не было в футболе: в Saburtalo имеют дело с человеком, которому нужна другая страна.
Победная серия из 6 матчей меняет то, как соперник разминается: тише, с частыми взглядами в вашу сторону. Серии заканчиваются, все это знают — но в этой раздевалке никто на это не закладывается.
Самое трудное в том, чтобы в 18 играть за первую команду, — никто не делает скидок. Khvicha Gamsakhurdia они не понадобились: 8.08, и он выглядел самым спокойным человеком на поле.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Saburtalo на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Обороняться было необязательно, и этой опцией никто не воспользовался. 6 голов между Saburtalo и Kolkheti, и ни один из купивших билет не станет требовать деньги назад.
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
«Это не обида. Я думал об этом месяцами, и ничто из последних событий моего решения не изменило». Заявление лежит на столе в «Saburtalo», и забирать его никто не собирается.
1 у Zurab Zivzivadze с оценкой 7.39 — и фамилия центрального защитника в той части отчёта, куда он обычно попадает только по ошибке. В раздевалке ему не дадут забыть об этом месяц.
Самое трудное в том, чтобы в 18 играть за первую команду, — никто не делает скидок. Khvicha Gamsakhurdia они не понадобились: 7.80, и он выглядел самым спокойным человеком на поле.
Есть возраст, после которого каждый хороший день описывают как возвращение в прошлое: несправедливо и одновременно точно. 8.20 в 33, и лучше него на поле не было никого.
Otar Gamsakhurdia оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
«Это не обида. Я думал об этом месяцами, и ничто из последних событий моего решения не изменило». Заявление лежит на столе в «Saburtalo», и забирать его никто не собирается.
Серия без поражений добралась до 7 матчей. Одни были заработаны, другие — пережиты, но складывается привычка. А привычка — самое трудное, против чего можно играть в футболе.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Saburtalo на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
5 мальчишек поднимаются наверх, и где-то в здании люди, тренировавшие их в двенадцать, тихо переживают лучшее утро своего рабочего года. Ничего из этого не попадает в результат — и ради этого академия и существует.
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
Ни суммы, ни презентации, ни агента на ступеньках. Shota Kobiashvili в этом клубе с мальчишек и теперь официально в составе первой команды — а для местного читателя это лучше любого подписания любого размера.
Академия существует ровно ради этого утра. Sandro Tsitaishvili прошёл все возрасты клуба и получил номер первой команды; самыми гордыми в здании будут те, кто тренировал его в двенадцать.
Бухгалтеры назовут это хорошей сделкой и будут правы — только за пределами правления об этом никто и не спорит. Irakli Shengelia был одной из причин, по которым люди приходили, и $220.0K сама по себе этого не заменит.
Предложение «Kolkheti» по Guram Mikautadze выслушали и вернули в тот же день. Первые заявки редко делаются, чтобы пройти, — ими проверяют, насколько громко захлопнется дверь.
Otar Gamsakhurdia оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
«Самая лёгкая подпись в моей карьере». Yaser Alo Ali и Saburtalo договариваются ещё на 3 года, и тренер может строить планы вокруг него, а не насчёт него.
Коротко
СоставTornike Arveladze стал для тренера человеком, которому тот доверяет
Предложение «Ararat» по Lasha Qazaishvili выслушали и вернули в тот же день. Первые заявки редко делаются, чтобы пройти, — ими проверяют, насколько громко захлопнется дверь.
«Это не обида. Я думал об этом месяцами, и ничто из последних событий моего решения не изменило». Заявление лежит на столе в «Saburtalo», и забирать его никто не собирается.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Saburtalo на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Zurab Zivzivadze в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
«Мне сказали, какая у меня будет роль, и я подписывал контракт исходя из этого. Ничего не произошло». Претензия с конкретной датой улаживается тяжелее всего.
Otar Gamsakhurdia оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Saburtalo на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Zurab Zivzivadze в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Saburtalo на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Zurab Zivzivadze в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Коротко
СоставZurab Chakvetadze стал для тренера человеком, которому тот доверяет