Всего 8 сейвов, и минимум три из них вообще не должны были стать сейвами. Десять полевых игроков у него в долгу — и сами это понимают.
Рынок13.09.2027
Так близко: переход Achraf Hermach сорвался в самом конце
Сумма была согласована, авиабилеты уже смотрели — а потом телефон замолчал. «Ghazl El Mahalla» пошёл дальше, Achraf Hermach возвращается в расположение «Masr El Makasa», и все делают вид, что понедельник — обычный понедельник.
Форма приходит и уходит; эта не ушла. Trezeguet Fathy — ему всего 23, и та его версия, что тренируется сейчас, не попала бы в состав, где он был год назад.
Серия без побед дошла до отметки 4, и на стадионе поселилась особая тишина трибун, ждущих худшего. Одна корявая победа 1:0 вылечила бы почти всё — это и сводит с ума.
Mohamed Mohsen оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
«Самая лёгкая подпись в моей карьере». Gustavo Figueiredo и Masr El Makasa договариваются ещё на 4 года, и тренер может строить планы вокруг него, а не насчёт него.
«Я благодарен за игры, но футболистом я стал не для того, чтобы быть чьей-то запчастью». Он хочет вернуться в «Masr El Makasa», и 0 матчей из 9 говорят, что право на этот разговор он заработал.
Форма приходит и уходит; эта не ушла. Gustavo Figueiredo — ему всего 22, и та его версия, что тренируется сейчас, не попала бы в состав, где он был год назад.
8 голов в одном матче, Mohamed Mohsen в протоколе и счёт, который выглядит как опечатка. Нейтральные болельщики не могли просить у Masr El Makasa и Al Ahly большего.
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
Mohamed Mohsen оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
«Я ставлю тех, кто делает работу. Всю работу». Ни одной фамилии не прозвучало — и всё же каждая камера повернулась к Mahmoud El Shenawy, а тренер этому не мешал.
Форма приходит и уходит; эта не ушла. Karamoko Bamba — ему всего 20, и та его версия, что тренируется сейчас, не попала бы в состав, где он был год назад.
Mahmoud El Shenawy оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Lance Rozeboom в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
«Я благодарен за игры, но футболистом я стал не для того, чтобы быть чьей-то запчастью». Он хочет вернуться в «Masr El Makasa», и 0 матчей из 6 говорят, что право на этот разговор он заработал.
Каждая пресс-конференция теперь начинается и заканчивается одинаково — будущим Abdallah El Nenny. У тренера закончились новые способы ничего не сказать.
21 дней по прогнозу — и долгий, частный, негламурный год восстановления, которого никто не видит. Liberty Professionals теряет футболиста; он теряет значительно больше, чем сезон.
Состав16.08.2027
Переход, который Sad'eeq Yusuf совершил бы и бесплатно
У любой карьеры есть версия, в которой игрок оказывается там, где выбрал сам, а не там, где выбрали его. Sad'eeq Yusuf проживает эту версию в Liberty Professionals, и обычно это видно уже в первый месяц.
В 26 прибавлять уже не полагается. А он прибавил: 3 пунктов над отметкой начала года — то, что случается с игроками, всерьёз относящимися к скучной части профессии.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Kwame Paintsil в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Слухи дошли до трибун, и трибуны ответили. В «Liberty Professionals» хотели бы закрыть тему раньше, чем она станет единственным вопросом на каждой пресс-конференции.
Diego Lima повредил связки колена — 103 дней вне игры
Слова, которые физиотерапевт произносит медленно. 103 дней — это то, что объявит клуб, и всякий, кто уже слышал такой диагноз, знает, что цифра здесь наименьшая из проблем: колено возвращается раньше игрока.
Кости срастаются. Это единственное милосердное в такой травме и причина, по которой в Liberty Professionals будут говорить о ней откровеннее, чем о колене. Он вернётся — и примерно тогда, когда обещают.
3‑4 с Hasaacas, и дорога обрывается здесь. Кубковые вылеты — смерть быстрая: ни ответного матча, ни следующей недели, только чемпионат отсюда и до мая.
Жестоко, недвусмысленно и, при всём ужасе момента, обычно менее определяюще для карьеры, чем связка, которой боятся сильнее. 43 дней, ясные сроки и дата возвращения, под которую действительно можно планировать.
Оценки игроков12.10.2026
Лучшего первого матча Mohammed Kudus и пожелать не мог — 7.94
Дебюты не смакуют — их переживают. Этот смаковали: 7.94, 1 гола и тренер, которого уже спрашивают, выйдет ли он в старте и на следующей неделе.
7 голов. Обе скамейки провели второй тайм, глядя друг на друга, а не на поле. Пуристы будут ругать Liberty Professionals и Hasaacas в равной мере; все остальные прекрасно провели время.
Состав12.10.2026
Kwame Paintsil поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
«Есть решения, которые зреют долго. Это заняло десять минут, из них большая часть ушла на поиски ручки». Francis Kudus и «Liberty Professionals» продлили сотрудничество — в графе «срок» стоит цифра 3.
Yaw Boateng оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Интерес достаточно реален, чтобы дойти до газет. «Liberty Professionals» молчит, а в трансферное окно молчание — тоже ответ.
Состав10.08.2026
Isaac Mohammed поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
«Я ставлю тех, кто делает работу. Всю работу». Ни одной фамилии не прозвучало — и всё же каждая камера повернулась к Jonathan Boateng, а тренер этому не мешал.