Сделано, и с запасом в несколько туров. В следующем сезоне будут вечера под прожекторами против клубов из других стран, а в бухгалтерии появится строка, которой не было год назад.
«Есть решения, которые зреют долго. Это заняло десять минут, из них большая часть ушла на поиски ручки». Roger Martínez и «Al-Shabab» продлили сотрудничество — в графе «срок» стоит цифра 3.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Al-Shabab на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
«Мы встречаемся — и каждый раз выходим из комнаты с теми же цифрами, с которыми вошли». Ещё один раунд переговоров в «Al-Shabab», ещё одна неделя без подписи Mory Diaw.
Об этом никогда не объявляют, и это совершенно очевидно: самые большие дни сезона раз за разом включают его. Ложа прессы понимает это задолго до того, как в клубе подтвердят хоть слово.
«Тридцать минут, закрытая дверь, всё сказано. Потом пожали руки». Что было сказано за закрытой дверью, там и осталось, — а наутро Mubarak Al-Rajeh тренировался как человек, у которого гора с плеч свалилась.
Abdulrahman Al-Obud и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
«Мне сказали, какая у меня будет роль, и я подписывал контракт исходя из этого. Ничего не произошло». Претензия с конкретной датой улаживается тяжелее всего.
С 45 очками команда идёт на 3-й строке, и теперь именно её результат все проверяют первым. Слово возле стадиона по-прежнему не произносят — по этому и понятно, что о нём думают все.
«Мне сказали, какая у меня будет роль, и я подписывал контракт исходя из этого. Ничего не произошло». Претензия с конкретной датой улаживается тяжелее всего.
Тренер пересмотрел свои приоритеты, и Thomas Partey вышел из этого пересмотра ниже. Ему скажут, что это временно, а игроки, которые уже слышали такое, будут отводить глаза.
Есть уровень, на котором зарплатная ведомость перестаёт быть амбицией и становится причиной, по которой больше ничего невозможно; этот клуб до него дошёл. Не остаётся ни на трансфер, ни на трибуну, ни на чёрный день.
Никто этого не подтвердит, и ничем другим селекцию последнего месяца не объяснить. Дорогая ошибка покупает игроку срок в запасе, который всегда длиннее самой ошибки.
Об этом никогда не объявляют, и это совершенно очевидно: самые большие дни сезона раз за разом включают его. Ложа прессы понимает это задолго до того, как в клубе подтвердят хоть слово.
Раньше он был одним из вариантов. Теперь он один из тех, вокруг кого варианты подбирают, — и перемена прошла так тихо, что в тот день её заметила только раздевалка.
Roger Martínez и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
«Я ставлю тех, кто делает работу. Всю работу». Ни одной фамилии не прозвучало — и всё же каждая камера повернулась к Awad Al-Nashri, а тренер этому не мешал.
«Самая лёгкая подпись в моей карьере». Hassan Al-Shammari и Al-Shabab договариваются ещё на 3 года, и тренер может строить планы вокруг него, а не насчёт него.
«Я ставлю тех, кто делает работу. Всю работу». Ни одной фамилии не прозвучало — и всё же каждая камера повернулась к Mikel Villanueva, а тренер этому не мешал.
«Это тянулось слишком долго. Лучше сказать в лицо, чем оставить как есть». Десять минут за закрытой дверью в «Al-Shabab» — и оба вышли со словами, что всё в порядке.
Об этом никогда не объявляют, и это совершенно очевидно: самые большие дни сезона раз за разом включают его. Ложа прессы понимает это задолго до того, как в клубе подтвердят хоть слово.
1‑1 — и обе раздевалки назовут это двумя потерянными очками. Ничья, которая задала много вопросов и не ответила ни на один.
Тренерская11.02.2030
Вердикт тренера
«Честно говоря, я расстроен. Мы сделали достаточно для победы — и не победили». После 1‑1 Turki Al-Subaie этого не скрывал, и в раздевалке «Al-Shabab» — тоже никто.
Её дважды опровергли и трижды напечатали — обычная арифметика. Пока Roger Martínez что-нибудь не подпишет — контракт с «Al-Shabab» или с кем-то ещё, — эта колонка принадлежит ему.
В каждом составе каждый сезон у кого-нибудь есть такой матч. Этот — для Mohammed Al-Dossary: клуб, который узнал его первым, болельщики, которые на первой минуте решат, аплодировать ли, и «Al-Shabab», где от него ждут, что он сыграет так, будто всё это неважно.
Сумма согласована, зарплата согласована, «Al-Batin» ждёт с футболкой наготове. В «Al-Shabab» никто не делает вид, что это не так, а болельщики перестали спрашивать «уйдёт ли» и начали спрашивать «когда».
Из «Al-Shabab» спросили — в «Fortuna Düsseldorf» отказали, не обсуждая цифр. Самый недвусмысленный ответ в футболе — и тот, который клубы чаще всего возвращаются проверять.
Публично для всех это позади. Для человека, который выбирает состав, — нет, и единственное место, где это видно, — заявка на матч. Ему дадут ещё шанс; дадут в игре, которая значит меньше.
Коротко
ПравлениеНа зарплаты уходит 89% доходов «Al-Shabab»
Al-Ta'ee захочет поскорее забыть этот день: 3‑0, ни одного выигранного единоборства и долгая дорога домой. Al-Shabab был безжалостен так, как умеют только хорошие команды.
У гостевого сектора, наблюдающего, как один человек забивает дважды, есть особая тишина. Roger Martínez её обеспечил, и 9.01 рядом с его фамилией скорее щедра ко всем остальным.
Предложение «Al-Shoulla» по Abdulrahman Al-Shammari выслушали и вернули в тот же день. Первые заявки редко делаются, чтобы пройти, — ими проверяют, насколько громко захлопнется дверь.
Roger Martínez оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Не сейчас и не за любую цену, которую клуб готов был произнести вслух. В «Al-Ra'ed» своего игрока сохранили, а «Al-Shabab» возвращается к списку, в котором одной фамилией меньше.
Любой клуб отдаёт игрокам большую часть заработанного. Отдавать почти всё — это уже другая конструкция, и заканчивалась она одинаково каждый раз, когда кто-то её пробовал.
«Это не конец света — и этого недостаточно. Верно и то и другое». После ничьей 0‑0 тренер сказал честную вещь, а потом пошёл повторить её за закрытой дверью.
Об этом никогда не объявляют, и это совершенно очевидно: самые большие дни сезона раз за разом включают его. Ложа прессы понимает это задолго до того, как в клубе подтвердят хоть слово.
«Я ставлю тех, кто делает работу. Всю работу». Ни одной фамилии не прозвучало — и всё же каждая камера повернулась к Thomas Partey, а тренер этому не мешал.
«Сегодня мы были недостаточно хороши, и приукрашивать я не стану». Turki Al-Subaie после 1‑2 — тоном человека, который знает следующий вопрос и не собирается на него отвечать.
Об этом никогда не объявляют, и это совершенно очевидно: самые большие дни сезона раз за разом включают его. Ложа прессы понимает это задолго до того, как в клубе подтвердят хоть слово.
Клубы обещают постоянно, и газета обычно узнаёт об этом, только когда обещание нарушено. Это выполнили — и раздевалка заметила быстрее любого болельщика.
В каждом составе каждый сезон у кого-нибудь есть такой матч. Этот — для Moustapha Sémbène: клуб, который узнал его первым, болельщики, которые на первой минуте решат, аплодировать ли, и «Al-Shabab», где от него ждут, что он сыграет так, будто всё это неважно.
Новое лицо на его позиции, и футболка, которую он считал своей, вдруг стала предметом обсуждения. «Al-Shabab» ничего не обещал — на этой стадии клубы и не обещают.
С 29 очками команда идёт на 3-й строке, и теперь именно её результат все проверяют первым. Слово возле стадиона по-прежнему не произносят — по этому и понятно, что о нём думают все.
Roger Martínez оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Есть уровень, на котором зарплатная ведомость перестаёт быть амбицией и становится причиной, по которой больше ничего невозможно; этот клуб до него дошёл. Не остаётся ни на трансфер, ни на трибуну, ни на чёрный день.
7.85, и ни одного серьёзного возражения от тех, кто был на стадионе. У Al-Shabab на поле было одиннадцать человек, и один из них решил, как всё пойдёт.
Понижение, о котором клуб никогда не объявляет, а раздевалка всегда замечает. Silvère Ganvoula дальше от состава, чем был, и причину ему не назовут, пока он не спросит.
1‑2 с Al-Hazem, и дорога обрывается здесь. Кубковые вылеты — смерть быстрая: ни ответного матча, ни следующей недели, только чемпионат отсюда и до мая.
Thomas Partey оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Он отбирал мяч, а потом делал из этого что-то — две работы и причина, по которой счёт выглядит именно так. 13 действий суммарно и оценка 6.88, и ни одно из них не попадёт в нарезку.
Он отбирал мяч, а потом делал из этого что-то — две работы и причина, по которой счёт выглядит именно так. 9 действий суммарно и оценка 6.19, и ни одно из них не попадёт в нарезку.
Половина календаря сыграна, место — 3-е, на табло — 26. Умножить на два — арифметика, которую проделал каждый болельщик и которую никто в клубе не сделает вслух.
Правление26.11.2029
Из раздевалки «Al-Shabab» никто не спешил выходить
Дверь оставалась закрытой ещё долго после финального свистка. Что там говорили — их дело; сработало ли это, решит суббота.
Клубы обещают постоянно, и газета обычно узнаёт об этом, только когда обещание нарушено. Это выполнили — и раздевалка заметила быстрее любого болельщика.
Тренерская26.11.2029
Roger Martínez стал для тренера человеком, которому тот доверяет
Никто в Al-Shabab не скажет этого под запись, а составы говорят это уже несколько недель. В любой команде есть небольшая группа, которую выпускают, когда матч трудный, — и он теперь в ней.
21 дней по прогнозу — и долгий, частный, негламурный год восстановления, которого никто не видит. Al-Shabab теряет футболиста; он теряет значительно больше, чем сезон.
С 22 очками команда идёт на 3-й строке, и теперь именно её результат все проверяют первым. Слово возле стадиона по-прежнему не произносят — по этому и понятно, что о нём думают все.
Есть уровень, на котором зарплатная ведомость перестаёт быть амбицией и становится причиной, по которой больше ничего невозможно; этот клуб до него дошёл. Не остаётся ни на трансфер, ни на трибуну, ни на чёрный день.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Al-Shabab на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
В объявлении — 30 дн., а за ними год тихого восстановления, за которым никто не наблюдает. «Al-Shabab» теряет игрока на сезон; он теряет то, чему труднее подобрать название.
Матчей без поражений: 10 — а потом «Al-Ittihad». Никто на стадионе не делал вид, что это навсегда; но и того, что оборвётся именно здесь, не ждал никто.
Moustapha Sémbène оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
«Я ставлю тех, кто делает работу. Всю работу». Ни одной фамилии не прозвучало — и всё же каждая камера повернулась к Mikel Villanueva, а тренер этому не мешал.
«Я мог бы говорить о судейских решениях, мог бы — о везении. Не буду. Мы проиграли». Тренер, 1‑2, и пресс-конференция длиной в четыре минуты.
Тренерская29.10.2029
Roger Martínez стал для тренера человеком, которому тот доверяет
Никто в Al-Shabab не скажет этого под запись, а составы говорят это уже несколько недель. В любой команде есть небольшая группа, которую выпускают, когда матч трудный, — и он теперь в ней.
38 дней по прогнозу — и долгий, частный, негламурный год восстановления, которого никто не видит. Al-Shabab теряет футболиста; он теряет значительно больше, чем сезон.
Серия без поражений добралась до 10 матчей. Одни были заработаны, другие — пережиты, но складывается привычка. А привычка — самое трудное, против чего можно играть в футболе.
Есть особая теплота, которую стадион приберегает для 23-летнего, которого считает своим. У Clayton Diandy она теперь есть, и всё, что он сделает здесь дальше, будут мерить по той доброжелательности, что досталась ему даром.
В том, чтобы пропустить 2 мяча до двадцатой минуты, есть особая беспомощность. Al-Ta'ee пытался перестроиться, Al-Shabab не позволил, и результат был написан задолго до того, как его подтвердили.
45 дней по прогнозу — и долгий, частный, негламурный год восстановления, которого никто не видит. Al-Shabab теряет футболиста; он теряет значительно больше, чем сезон.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Al-Shabab на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Об этом никогда не объявляют, и это совершенно очевидно: самые большие дни сезона раз за разом включают его. Ложа прессы понимает это задолго до того, как в клубе подтвердят хоть слово.
Заголовок так себе — и именно поэтому игроки верят следующему обещанию. Al-Shabab сказал Hussain Al-Sibyani, что кое-что произойдёт, и это произошло, что в этой индустрии сходит за выдающееся.
Раньше он носил другую футболку. В субботу он выйдет против «Al-Ta'ee» в этой, и что бы он ни говорил на неделе про «обычный матч», это будет неправдой.
В объявлении — 52 дн., а за ними год тихого восстановления, за которым никто не наблюдает. «Al-Shabab» теряет игрока на сезон; он теряет то, чему труднее подобрать название.
С 16 очками команда идёт на 3-й строке, и теперь именно её результат все проверяют первым. Слово возле стадиона по-прежнему не произносят — по этому и понятно, что о нём думают все.
Центральным защитникам позволено ходить вперёд дважды за сезон, и судят их по тому, что они там сделали. Awad Al-Nashri забил, получил 7.86 и вернулся раньше, чем кто-либо заметил его отсутствие.
Mikel Villanueva оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Al-Wehda держал преимущество 2 минут — этого мало, чтобы им насладиться. Al-Shabab ответил, не дав толком доиграть празднование, и вместе с этим изменился рисунок дня.
Каждый клуб отдаёт игрокам большую часть того, что зарабатывает. Отдавать почти всё — другая конструкция, и заканчивалась она одинаково всякий раз, когда её пробовали.
59 дней по прогнозу — и долгий, частный, негламурный год восстановления, которого никто не видит. Al-Shabab теряет футболиста; он теряет значительно больше, чем сезон.
Серия без поражений добралась до 8 матчей. Одни были заработаны, другие — пережиты, но складывается привычка. А привычка — самое трудное, против чего можно играть в футболе.
Thomas Partey оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
В том, чтобы пропустить 2 мяча до двадцатой минуты, есть особая беспомощность. Al-Ra'ed пытался перестроиться, Al-Shabab не позволил, и результат был написан задолго до того, как его подтвердили.
Кто-то прошёл мимо него вперёд. Это не вывод из состава — это хуже, потому что вывод из состава касается одной субботы, а это — того, где он теперь стоит.
У каждого тренера в голове есть короткий список тех, кого он хочет видеть на поле, когда ставки растут, и его никогда не публикуют. Составы на большие матчи говорят: Roger Martínez в нём есть.
В объявлении — 68 дн., а за ними год тихого восстановления, за которым никто не наблюдает. «Al-Shabab» теряет игрока на сезон; он теряет то, чему труднее подобрать название.
Серия без поражений добралась до 7 матчей. Одни были заработаны, другие — пережиты, но складывается привычка. А привычка — самое трудное, против чего можно играть в футболе.
«Здесь нет никого, кому нельзя сделать замечание». Фамилию не назвали, но в раздевалке считать умеют — как и все, кто это слышал.
Состав24.09.2029
6 новых лиц — Al-Shabab всё ещё привыкает друг к другу
Состав, перестроенный за одно окно, платит за это валютой, которую никто не закладывает в бюджет. Игра здесь хуже не суммы отдельных футболистов — она хуже суммы тех, кто уже успел сыграться.
У каждого тренера в голове есть короткий список тех, кого он хочет видеть на поле, когда ставки растут, и его никогда не публикуют. Составы на большие матчи говорят: Muhannad Al-Shanqiti в нём есть.
«Это не конец света — и этого недостаточно. Верно и то и другое». После ничьей 1‑1 тренер сказал честную вещь, а потом пошёл повторить её за закрытой дверью.
В объявлении — 75 дн., а за ними год тихого восстановления, за которым никто не наблюдает. «Al-Shabab» теряет игрока на сезон; он теряет то, чему труднее подобрать название.
Сумма согласована, контракт согласован, медосмотр назначен. К выходным Faisal Al-Subiani будет игроком другого клуба, а в «Al-Shabab» уже тихо начали прощаться.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Al-Shabab на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Обороняться было необязательно, и этой опцией никто не воспользовался. 6 голов между Al-Shabab и Al-Nahda, и ни один из купивших билет не станет требовать деньги назад.
Серия без поражений добралась до 6 матчей. Одни были заработаны, другие — пережиты, но складывается привычка. А привычка — самое трудное, против чего можно играть в футболе.
Есть особая теплота, которую стадион приберегает для 23-летнего, которого считает своим. У Farhah Al-Shamrani она теперь есть, и всё, что он сделает здесь дальше, будут мерить по той доброжелательности, что досталась ему даром.
Thomas Partey повредил связки колена — 84 дней вне игры
Слова, которые физиотерапевт произносит медленно. 84 дней — это то, что объявит клуб, и всякий, кто уже слышал такой диагноз, знает, что цифра здесь наименьшая из проблем: колено возвращается раньше игрока.
Moustapha Sémbène и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
Каждый клуб отдаёт игрокам большую часть того, что зарабатывает. Отдавать почти всё — другая конструкция, и заканчивалась она одинаково всякий раз, когда её пробовали.
Никто в Al-Shabab не скажет этого под запись, а составы говорят это уже несколько недель. В любой команде есть небольшая группа, которую выпускают, когда матч трудный, — и он теперь в ней.
Новая неделя, новый слух, новое опровержение, в которое никто до конца не верит. В Al-Shabab знают: такие вещи решает рынок, а не спортивные полосы — но полосы громче.
95 дней по прогнозу — и долгий, частный, негламурный год восстановления, которого никто не видит. Al-Shabab теряет футболиста; он теряет значительно больше, чем сезон.
Он пришёл за трансферную сумму, а уходит за её малую часть. $3.1M из того, что Al-Shabab заплатил за игрока Salem Al-Najdi, клуб уже не вернёт, и в правлении об этом будут вспоминать два сезона.
Thomas Partey повредил связки колена — 102 дней вне игры
Слова, которые физиотерапевт произносит медленно. 102 дней — это то, что объявит клуб, и всякий, кто уже слышал такой диагноз, знает, что цифра здесь наименьшая из проблем: колено возвращается раньше игрока.
С «Al-Qadisiyah» ударили по рукам; с игроком — ещё нет. Следующие на очереди — личные условия, а на личных условиях сделок умирает больше, чем кто-либо печатает.
Согласованной суммы не хватило. Правление собралось повторно и подняло собственное предложение до $2.2M — клуб хочет Moustapha Sémbène настолько, что спрашивает дважды.
Уже 3 побед подряд, и вопрос сменился: не «когда кончится серия», а «кто её прервёт». Такую уверенность не купишь — её зарабатывают ровно таким способом.
Из «Al-Shabab» спросили — в «Al-Fateh» отказали, не обсуждая цифр. Самый недвусмысленный ответ в футболе — и тот, который клубы чаще всего возвращаются проверять.
Thomas Partey повредил связки колена — 110 дней вне игры
Слова, которые физиотерапевт произносит медленно. 110 дней — это то, что объявит клуб, и всякий, кто уже слышал такой диагноз, знает, что цифра здесь наименьшая из проблем: колено возвращается раньше игрока.
Daniel Podence и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
Полузащитника меряют тем, работает ли команда, пока он на поле, — этого почти не видно и это совершенно очевидно задним числом. 15 действий, 6.90 и тренер, который в ближайшее время его менять не станет.
Есть особая теплота, которую стадион приберегает для 23-летнего, которого считает своим. У Clayton Diandy она теперь есть, и всё, что он сделает здесь дальше, будут мерить по той доброжелательности, что досталась ему даром.
«Я ставлю тех, кто делает работу. Всю работу». Ни одной фамилии не прозвучало — и всё же каждая камера повернулась к Clayton Diandy, а тренер этому не мешал.
Это никак не связано с его формой и целиком связано с тем, как собирали состав. Он всю неделю будет тренироваться с группой, за которую ему не разрешено играть, — странный способ провести сезон.
117 дней по прогнозу — и долгий, частный, негламурный год восстановления, которого никто не видит. Al-Shabab теряет футболиста; он теряет значительно больше, чем сезон.
«Это не обида. Я думал об этом месяцами, и ничто из последних событий моего решения не изменило». Заявление лежит на столе в «Al-Shabab», и забирать его никто не собирается.
Голы в одном матче: 3. Первый он положил мастерски, второй — жадно, а к третьему трибуны просто ждали, когда мяч снова придёт к нему.
Оценки игроков13.08.2029
Roger Martínez, 35 лет, поворачивает время вспять — 9.36
Есть возраст, после которого каждый хороший день описывают как возвращение в прошлое: несправедливо и одновременно точно. 9.36 в 35, и лучше него на поле не было никого.
Сумма согласована, контракт согласован, медосмотр назначен. К выходным Mohammed Al-Thani будет игроком другого клуба, а в «Al-Shabab» уже тихо начали прощаться.
С «Hajer» ударили по рукам; с игроком — ещё нет. Следующие на очереди — личные условия, а на личных условиях сделок умирает больше, чем кто-либо печатает.
$1.8M — максимум, который клуб был готов заплатить, а в «Al-Ra'ed» просили больше. Такие сделки оживают в последнюю неделю окна примерно в половине случаев, и все участники это знают.
В объявлении — 124 дн., а за ними год тихого восстановления, за которым никто не наблюдает. «Al-Shabab» теряет игрока на сезон; он теряет то, чему труднее подобрать название.
«Мне нечего сказать плохого об этом месте. Просто мне нужно быть в другом». Теперь это на бумаге, и «Al-Shabab» уже не смогут сделать вид, что не слышали.
Предложение «Al-Ittihad» по Amin Al-Bukhari выслушали и вернули в тот же день. Первые заявки редко делаются, чтобы пройти, — ими проверяют, насколько громко захлопнется дверь.
Погоня за Khaled Al-Sumairi закончилась тем, что $520.0K сменили владельца, а у «Damac» кончились причины отказывать. Болельщики оценят эту сумму единственным способом, который имеет значение, — по субботам.
Abdulrahman Al-Obud и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
«Есть решения, которые зреют долго. Это заняло десять минут, из них большая часть ушла на поиски ручки». Leandro Antunes и «Al-Shabab» продлили сотрудничество — в графе «срок» стоит цифра 3.
Об этом никогда не объявляют, и это совершенно очевидно: самые большие дни сезона раз за разом включают его. Ложа прессы понимает это задолго до того, как в клубе подтвердят хоть слово.
Thomas Partey повредил связки колена — 132 дней вне игры
Слова, которые физиотерапевт произносит медленно. 132 дней — это то, что объявит клуб, и всякий, кто уже слышал такой диагноз, знает, что цифра здесь наименьшая из проблем: колено возвращается раньше игрока.
Предложение «Al-Ettifaq» по Fawaz Rabie выслушали и вернули в тот же день. Первые заявки редко делаются, чтобы пройти, — ими проверяют, насколько громко захлопнется дверь.
Это случается со всеми и всё равно остаётся самым трудным абзацем, который приходится писать местной газете. 36 лет, на 3 пунктов ниже прежнего уровня и тело, начавшее брать проценты с карьеры.
Из «Al-Shabab» спросили — в «Al-Fateh» отказали, не обсуждая цифр. Самый недвусмысленный ответ в футболе — и тот, который клубы чаще всего возвращаются проверять.
Thomas Partey повредил связки колена — 140 дней вне игры
Слова, которые физиотерапевт произносит медленно. 140 дней — это то, что объявит клуб, и всякий, кто уже слышал такой диагноз, знает, что цифра здесь наименьшая из проблем: колено возвращается раньше игрока.
Сумма согласована, зарплата согласована, «Al-Faisaly» ждёт с футболкой наготове. В «Al-Shabab» никто не делает вид, что это не так, а болельщики перестали спрашивать «уйдёт ли» и начали спрашивать «когда».
«Это не обида. Я думал об этом месяцами, и ничто из последних событий моего решения не изменило». Заявление лежит на столе в «Al-Shabab», и забирать его никто не собирается.
Он пришёл за трансферную сумму, а уходит за её малую часть. $536.4K из того, что Al-Shabab заплатил за игрока Abdullah Al-Hamddan, клуб уже не вернёт, и в правлении об этом будут вспоминать два сезона.
Клубы договорились, игрок — нет. Отказ, причём публичный: «Al-Taawoun» его оставляет, а здешним болельщикам остаётся гадать, что он такого слышал об этом месте.
«Al-Ittihad» заплатил $1.8M, «Al-Shabab» согласился — вся история в одном предложении. Длинная версия — про зарплатную ведомость, и её будут рассказывать весь сезон.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Al-Shabab на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Thomas Partey повредил связки колена — 147 дней вне игры
Слова, которые физиотерапевт произносит медленно. 147 дней — это то, что объявит клуб, и всякий, кто уже слышал такой диагноз, знает, что цифра здесь наименьшая из проблем: колено возвращается раньше игрока.
«Мне нечего сказать плохого об этом месте. Просто мне нужно быть в другом». Теперь это на бумаге, и «Al-Shabab» уже не смогут сделать вид, что не слышали.
«Я выслушал, подумал — и остаюсь. Вот и вся история». Клубы договорились о сумме. Majed Abdullah не договаривался уходить, и это оказалось единственным, что имело значение.
В «Al-Shabab» сделали всё, кроме одного: не убедили самого игрока. Он остаётся в «Al-Ettifaq», а тренер возвращается к чертёжной доске с нетронутыми деньгами в банке.
Из «Al-Shabab» спросили — в «Al-Ahli» отказали, не обсуждая цифр. Самый недвусмысленный ответ в футболе — и тот, который клубы чаще всего возвращаются проверять.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Al-Shabab на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Коротко
ТренерскаяAbdulrahman Al-Obud стал для тренера человеком, которому тот доверяет
154 дней по прогнозу — и долгий, частный, негламурный год восстановления, которого никто не видит. Al-Shabab теряет футболиста; он теряет значительно больше, чем сезон.
«Мне нечего сказать плохого об этом месте. Просто мне нужно быть в другом». Теперь это на бумаге, и «Al-Shabab» уже не смогут сделать вид, что не слышали.
Погоня за Khalil Al-Absi закончилась тем, что $830.0K сменили владельца, а у «Al-Riyadh» кончились причины отказывать. Болельщики оценят эту сумму единственным способом, который имеет значение, — по субботам.
«Есть решения, которые зреют долго. Это заняло десять минут, из них большая часть ушла на поиски ручки». Thomas Partey и «Al-Shabab» продлили сотрудничество — в графе «срок» стоит цифра 2.
Roger Martínez и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
Не сейчас и не за любую цену, которую клуб готов был произнести вслух. В «Al-Hilal» своего игрока сохранили, а «Al-Shabab» возвращается к списку, в котором одной фамилией меньше.
18 дней по прогнозу — и долгий, частный, негламурный год восстановления, которого никто не видит. Al-Shabab теряет футболиста; он теряет значительно больше, чем сезон.
Сумма согласована, зарплата согласована, «Al-Batin» ждёт с футболкой наготове. В «Al-Shabab» никто не делает вид, что это не так, а болельщики перестали спрашивать «уйдёт ли» и начали спрашивать «когда».
«Al-Shabab» и «Al-Qadisiyah» сошлись на $730.0K. Остальное — за игроком и его агентом, а болельщик, видевший такое раньше, знает: футболку с фамилией покупать рано.
«Есть решения, которые зреют долго. Это заняло десять минут, из них большая часть ушла на поиски ручки». Thomas Partey и «Al-Shabab» продлили сотрудничество — в графе «срок» стоит цифра 2.
Согласованной суммы не хватило. Правление собралось повторно и подняло собственное предложение до $903.3K — клуб хочет Khalil Al-Absi настолько, что спрашивает дважды.
Daniel Podence оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
27 дней по прогнозу — и долгий, частный, негламурный год восстановления, которого никто не видит. Al-Shabab теряет футболиста; он теряет значительно больше, чем сезон.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Al-Shabab на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Не сейчас и не за любую цену, которую клуб готов был произнести вслух. В «Al-Qadisiyah» своего игрока сохранили, а «Al-Shabab» возвращается к списку, в котором одной фамилией меньше.
Никто в Al-Shabab не скажет этого под запись, а составы говорят это уже несколько недель. В любой команде есть небольшая группа, которую выпускают, когда матч трудный, — и он теперь в ней.
Mory Diaw повредил связки колена — 35 дней вне игры
Слова, которые физиотерапевт произносит медленно. 35 дней — это то, что объявит клуб, и всякий, кто уже слышал такой диагноз, знает, что цифра здесь наименьшая из проблем: колено возвращается раньше игрока.
Сумма согласована, зарплата согласована, «Al-Orobah» ждёт с футболкой наготове. В «Al-Shabab» никто не делает вид, что это не так, а болельщики перестали спрашивать «уйдёт ли» и начали спрашивать «когда».
Предложение «Al-Shabab» — $1.6M; в «Al-Qadisiyah» ответили, что это даже не близко. Тренеру скажут, что деньги на правильного игрока по-прежнему есть, — так тренерам и говорят.
Не сейчас и не за любую цену, которую клуб готов был произнести вслух. В «Al-Ahli» своего игрока сохранили, а «Al-Shabab» возвращается к списку, в котором одной фамилией меньше.
Bader Nasser и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
Об этом никогда не объявляют, и это совершенно очевидно: самые большие дни сезона раз за разом включают его. Ложа прессы понимает это задолго до того, как в клубе подтвердят хоть слово.
Mory Diaw повредил связки колена — 69 дней вне игры
Слова, которые физиотерапевт произносит медленно. 69 дней — это то, что объявит клуб, и всякий, кто уже слышал такой диагноз, знает, что цифра здесь наименьшая из проблем: колено возвращается раньше игрока.
Путёвка завоёвана, и в следующем сезоне большие вечера под прожекторами будут континентальными. Для игроков это сцена, для бухгалтерии — спасательный круг, для болельщиков — загранпаспорта.
Год из тех, что заканчиваются оглашением фамилии в зале. «Al-Shabab» пользовался этим каждую неделю, а теперь у него проблема: об этом знают все остальные.
Faisal Al-Subiani оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Никто в Al-Shabab не скажет этого под запись, а составы говорят это уже несколько недель. В любой команде есть небольшая группа, которую выпускают, когда матч трудный, — и он теперь в ней.
4-е место, очков — 38, и строчки с путёвкой в Европу достаточно близко, чтобы их пересчитывать. Такие сезоны решают два результата в апреле, и в клубе знают, какие именно.
Mory Diaw повредил связки колена — 92 дней вне игры
Слова, которые физиотерапевт произносит медленно. 92 дней — это то, что объявит клуб, и всякий, кто уже слышал такой диагноз, знает, что цифра здесь наименьшая из проблем: колено возвращается раньше игрока.
Bader Nasser и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
«Я ставлю тех, кто делает работу. Всю работу». Ни одной фамилии не прозвучало — и всё же каждая камера повернулась к Salem Al-Najdi, а тренер этому не мешал.
«Тридцать минут, закрытая дверь, всё сказано. Потом пожали руки». Что было сказано за закрытой дверью, там и осталось, — а наутро Abdulrahman Al-Obud тренировался как человек, у которого гора с плеч свалилась.
Коротко
ТренерскаяAli Al-Asmari стал для тренера человеком, которому тот доверяет
Mory Diaw повредил связки колена — 99 дней вне игры
Слова, которые физиотерапевт произносит медленно. 99 дней — это то, что объявит клуб, и всякий, кто уже слышал такой диагноз, знает, что цифра здесь наименьшая из проблем: колено возвращается раньше игрока.
Faisal Al-Subiani оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
У каждого тренера в голове есть короткий список тех, кого он хочет видеть на поле, когда ставки растут, и его никогда не публикуют. Составы на большие матчи говорят: Muhannad Al-Shanqiti в нём есть.
«Это тянулось слишком долго. Лучше сказать в лицо, чем оставить как есть». Десять минут за закрытой дверью в «Al-Shabab» — и оба вышли со словами, что всё в порядке.
4-е место, очков — 38, и строчки с путёвкой в Европу достаточно близко, чтобы их пересчитывать. Такие сезоны решают два результата в апреле, и в клубе знают, какие именно.
124 дней по прогнозу — и долгий, частный, негламурный год восстановления, которого никто не видит. Al-Shabab теряет футболиста; он теряет значительно больше, чем сезон.
Сумма согласована, контракт согласован, медосмотр назначен. К выходным Faisal Al-Subiani будет игроком другого клуба, а в «Al-Shabab» уже тихо начали прощаться.
«Тренер обошёлся немногими словами — и они ему были не нужны». Thomas Partey получил свой ответ от «Al-Shabab»; что он с ним сделает — сюжет следующего окна.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Al-Shabab на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
«Я ставлю тех, кто делает работу. Всю работу». Ни одной фамилии не прозвучало — и всё же каждая камера повернулась к Taher Wadi, а тренер этому не мешал.
Тренерская02.04.2029
Ali Al-Asmari стал для тренера человеком, которому тот доверяет
Никто в Al-Shabab не скажет этого под запись, а составы говорят это уже несколько недель. В любой команде есть небольшая группа, которую выпускают, когда матч трудный, — и он теперь в ней.
Ничего на бумаге и ничего публично: слово об игровом времени, данное с глазу на глаз в «Al-Shabab». Составы на ближайший месяц покажут, чего оно стоило.
В объявлении — 133 дн., а за ними год тихого восстановления, за которым никто не наблюдает. «Al-Shabab» теряет игрока на сезон; он теряет то, чему труднее подобрать название.
Daniel Podence и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
«Мы встречаемся — и каждый раз выходим из комнаты с теми же цифрами, с которыми вошли». Ещё один раунд переговоров в «Al-Shabab», ещё одна неделя без подписи Amin Al-Bukhari.
Никто в Al-Shabab не скажет этого под запись, а составы говорят это уже несколько недель. В любой команде есть небольшая группа, которую выпускают, когда матч трудный, — и он теперь в ней.
«Тридцать минут, закрытая дверь, всё сказано. Потом пожали руки». Что было сказано за закрытой дверью, там и осталось, — а наутро Amin Al-Bukhari тренировался как человек, у которого гора с плеч свалилась.
4-е место, очков — 38, и строчки с путёвкой в Европу достаточно близко, чтобы их пересчитывать. Такие сезоны решают два результата в апреле, и в клубе знают, какие именно.
0‑2 в пользу Al-Ahli, и жаловаться не на что. Игра не заслуживала большего, чем получила.
Тренерская26.02.2029
Вердикт тренера
«Это на мне. Состав выбираю я, и выбрал неправильно». Тренеры говорят так, когда думают именно так — и когда нужно, чтобы так выглядело; после 0‑2 Turki Al-Subaie вышел из зала прежде, чем кто-то успел спросить, который из двух случаев.
Fawaz Rabie и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
У каждого тренера в голове есть короткий список тех, кого он хочет видеть на поле, когда ставки растут, и его никогда не публикуют. Составы на большие матчи говорят: Muhannad Al-Shanqiti в нём есть.
4-е место, очков — 38, и строчки с путёвкой в Европу достаточно близко, чтобы их пересчитывать. Такие сезоны решают два результата в апреле, и в клубе знают, какие именно.
Сумма согласована, контракт согласован, медосмотр назначен. К выходным Ali Makki будет игроком другого клуба, а в «Al-Shabab» уже тихо начали прощаться.
Две команды с вершины таблицы, один день, и месяц разговоров, который решится за девяносто минут. В «Al-Shabab» на этой неделе не произнесут слово «титул» — и не перестанут о нём думать.
Hussain Al-Qahtani и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
У каждого тренера в голове есть короткий список тех, кого он хочет видеть на поле, когда ставки растут, и его никогда не публикуют. Составы на большие матчи говорят: Roger Martínez в нём есть.
Коротко
Оценки игроковК Roger Martínez никто не мог подступиться
Погоня за Abdulrahman Al-Shammari закончилась тем, что $680.0K сменили владельца, а у «Najran» кончились причины отказывать. Болельщики оценят эту сумму единственным способом, который имеет значение, — по субботам.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Al-Shabab на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Из «Al-Shabab» спросили — в «Al-Faisaly» отказали, не обсуждая цифр. Самый недвусмысленный ответ в футболе — и тот, который клубы чаще всего возвращаются проверять.
Понижение, о котором клуб никогда не объявляет, а раздевалка всегда замечает. Salem Al-Najdi дальше от состава, чем был, и причину ему не назовут, пока он не спросит.
Есть уровень, на котором зарплатная ведомость перестаёт быть амбицией и становится причиной, по которой больше ничего невозможно; этот клуб до него дошёл. Не остаётся ни на трансфер, ни на трибуну, ни на чёрный день.
Матчей без поражений: 10 — а потом «Al-Ittihad». Никто на стадионе не делал вид, что это навсегда; но и того, что оборвётся именно здесь, не ждал никто.
Daniel Podence оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Полузащитника меряют тем, работает ли команда, пока он на поле, — этого почти не видно и это совершенно очевидно задним числом. 13 действий, 6.75 и тренер, который в ближайшее время его менять не станет.
Клубы обещают постоянно, и газета обычно узнаёт об этом, только когда обещание нарушено. Это выполнили — и раздевалка заметила быстрее любого болельщика.
Протокол говорит это публично каждую неделю, пока что-то не изменится. Единственный вид отчисления из состава, с которым футболисту не поспорить, и тот, который он переносит тяжелее всего.
Daniel Podence, 33 лет, поворачивает время вспять — 7.90
Есть возраст, после которого каждый хороший день описывают как возвращение в прошлое: несправедливо и одновременно точно. 7.90 в 33, и лучше него на поле не было никого.
Победная серия из 3 матчей меняет то, как соперник разминается: тише, с частыми взглядами в вашу сторону. Серии заканчиваются, все это знают — но в этой раздевалке никто на это не закладывается.
Abdulrahman Al-Obud и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
Есть особая теплота, которую стадион приберегает для 22-летнего, которого считает своим. У Clayton Diandy она теперь есть, и всё, что он сделает здесь дальше, будут мерить по той доброжелательности, что досталась ему даром.
«Я ставлю тех, кто делает работу. Всю работу». Ни одной фамилии не прозвучало — и всё же каждая камера повернулась к Abdulrahman Al-Obud, а тренер этому не мешал.
«Вся заслуга — игроков. Моя работа сегодня была лёгкой». Лёгкой она не была, и все в зале это знали; после 2‑0 Turki Al-Subaie мог позволить себе щедрость.
Об этом никогда не объявляют, и это совершенно очевидно: самые большие дни сезона раз за разом включают его. Ложа прессы понимает это задолго до того, как в клубе подтвердят хоть слово.
Погоня за Salem Al-Najdi закончилась тем, что $4.3M сменили владельца, а у «Al-Nassr» кончились причины отказывать. Болельщики оценят эту сумму единственным способом, который имеет значение, — по субботам.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Al-Shabab на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Предложение от «Al-Shabab» ушло в «Al-Diriyah», а болельщики ушли в интернет с мнением о нём. Изменит ли что-то первое или второе — решать продающему клубу.
«Есть решения, которые зреют долго. Это заняло десять минут, из них большая часть ушла на поиски ручки». Mohammed Al-Otaibi и «Al-Shabab» продлили сотрудничество — в графе «срок» стоит цифра 3.
Никто этого не подтвердит, а протоколы подтверждают каждую неделю. Одна ошибка купила ему период в роли второго выбора, который уже длиннее, чем заслуживала ошибка.
Тренерская24.07.2028
Ali Al-Asmari стал для тренера человеком, которому тот доверяет
Никто в Al-Shabab не скажет этого под запись, а составы говорят это уже несколько недель. В любой команде есть небольшая группа, которую выпускают, когда матч трудный, — и он теперь в ней.
Каждая пресс-конференция теперь начинается и заканчивается одинаково — будущим Abdulrahman Al-Obud. У тренера закончились новые способы ничего не сказать.
Новое лицо на его позиции, и футболка, которую он считал своей, вдруг стала предметом обсуждения. «Al-Shabab» ничего не обещал — на этой стадии клубы и не обещают.
«Это было не для меня. Объяснять почему я буду только тем, кому должен объяснение». Сделка, согласованная двумя клубами, и игрок, который отказался быть её частью.
У каждого футболиста есть ответ на вопрос о клубе детства, и большинству никогда не выпадает по нему поступить. Bader Nasser выпало — в «Al-Shabab», и первый месяц покажет, что это делает с человеком.
$410.0K — максимум, который клуб был готов заплатить, а в «Al-Riyadh» просили больше. Такие сделки оживают в последнюю неделю окна примерно в половине случаев, и все участники это знают.
У каждого тренера в голове есть короткий список тех, кого он хочет видеть на поле, когда ставки растут, и его никогда не публикуют. Составы на большие матчи говорят: Abdulrahman Al-Obud в нём есть.
«Это тянулось слишком долго. Лучше сказать в лицо, чем оставить как есть». Десять минут за закрытой дверью в «Al-Shabab» — и оба вышли со словами, что всё в порядке.
Коротко
СоставНа место игрока Thomas Partey появился претендент