Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Ceti Junior Tchibinda в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Daugavpils на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
По субботам он делает то, на что вокруг никто не может ответить: примерно один сезон это лестно, а дальше становится проблемой. В Daugavpils его не удержат, делая вид, что это не так.
Футболистов так часто спрашивают о клубе их детства, что ответ уже никто не слушает. Kristers Penkevics только что подписал контракт с Daugavpils — и в кои-то веки ответ имел значение.
Ziad Ouled-Haj-M'hand оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
Никто этого не подтвердит, а протоколы подтверждают каждую неделю. Одна ошибка купила ему период в роли второго выбора, который уже длиннее, чем заслуживала ошибка.
Сумма согласована, контракт согласован, медосмотр назначен. К выходным Ahmed Family будет игроком другого клуба, а в «Daugavpils» уже тихо начали прощаться.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Ceti Junior Tchibinda в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Jānis Beks и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
Самое негламурное, что делает иностранный новичок, и то, что решает судьбу большинства из них. Игрок, который слышит окрик за спиной, — совсем другой футболист, чем тот, кто его не слышит.
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Daugavpils на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Кто-то сказал вслух то, что несколько человек думали о том, как усердно тренируется другой, и Ceti Junior Tchibinda оказался в центре. Единственная ссора в раздевалке, которая по-настоящему о футболе.
Rostand Njiki оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Публично для всех это позади. Для человека, который выбирает состав, — нет, и единственное место, где это видно, — заявка на матч. Ему дадут ещё шанс; дадут в игре, которая значит меньше.
До конца контракта — 1 мес., и обе стороны понимают, что это значит: с каждой неделей без подписи сумма, которую может просить «Daugavpils», падает, а зарплата, которую может просить Ahmed Family, растёт.
Сумма согласована, контракт согласован, медосмотр назначен. К выходным Ahmed Family будет игроком другого клуба, а в «Daugavpils» уже тихо начали прощаться.
Кто-то сказал вслух то, что несколько человек думали о том, как усердно тренируется другой, и Ceti Junior Tchibinda оказался в центре. Единственная ссора в раздевалке, которая по-настоящему о футболе.
Jānis Beks и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Ceti Junior Tchibinda в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
«Тридцать минут, закрытая дверь, всё сказано. Потом пожали руки». Что было сказано за закрытой дверью, там и осталось, — а наутро Ervīns Piņaskins тренировался как человек, у которого гора с плеч свалилась.
Jānis Beks оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Кто-то сказал вслух то, что несколько человек думали о том, как усердно тренируется другой, и Ceti Junior Tchibinda оказался в центре. Единственная ссора в раздевалке, которая по-настоящему о футболе.
«Тридцать минут, закрытая дверь, всё сказано. Потом пожали руки». Что было сказано за закрытой дверью, там и осталось, — а наутро Ervīns Piņaskins тренировался как человек, у которого гора с плеч свалилась.
«Это не обида. Я думал об этом месяцами, и ничто из последних событий моего решения не изменило». Заявление лежит на столе в «Daugavpils», и забирать его никто не собирается.
Сумма согласована, контракт согласован, медосмотр назначен. К выходным Chuks Faruk будет игроком другого клуба, а в «Daugavpils» уже тихо начали прощаться.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Ceti Junior Tchibinda в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Nil Lorenzo и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
Публично для всех это позади. Для человека, который выбирает состав, — нет, и единственное место, где это видно, — заявка на матч. Ему дадут ещё шанс; дадут в игре, которая значит меньше.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Ceti Junior Tchibinda в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Solomon Obed поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Daugavpils на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
«Я ставлю тех, кто делает работу. Всю работу». Ни одной фамилии не прозвучало — и всё же каждая камера повернулась к Nil Lorenzo, а тренер этому не мешал.
«Это тянулось слишком долго. Лучше сказать в лицо, чем оставить как есть». Десять минут за закрытой дверью в «Daugavpils» — и оба вышли со словами, что всё в порядке.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Daugavpils на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
$5.0K — максимум, который клуб был готов заплатить, а в «Spartaks» просили больше. Такие сделки оживают в последнюю неделю окна примерно в половине случаев, и все участники это знают.
Из «Daugavpils» спросили — в «Jelgava» отказали, не обсуждая цифр. Самый недвусмысленный ответ в футболе — и тот, который клубы чаще всего возвращаются проверять.
Кто-то сказал вслух то, что несколько человек думали о том, как усердно тренируется другой, и Ceti Junior Tchibinda оказался в центре. Единственная ссора в раздевалке, которая по-настоящему о футболе.
Никто этого не подтвердит, а протоколы подтверждают каждую неделю. Одна ошибка купила ему период в роли второго выбора, который уже длиннее, чем заслуживала ошибка.
Просмотр длиной в сезон: игрок по-прежнему принадлежит Jelgava, но футболка и минуты — в распоряжении Daugavpils. Аренда — пари, в котором выигравшими себя считают оба клуба.
Сумма согласована, контракт согласован, медосмотр назначен. К выходным Ahmed Family будет игроком другого клуба, а в «Daugavpils» уже тихо начали прощаться.
«Это не обида. Я думал об этом месяцами, и ничто из последних событий моего решения не изменило». Заявление лежит на столе в «Daugavpils», и забирать его никто не собирается.
«Daugavpils» закрывает окно с составом собственной сборки
Пришло — 8, ушло — 0, и никаких перемен ещё несколько месяцев. У тренера есть то, что есть, у болельщиков — мнение об этом, а последнее слово останется за таблицей.
Кто-то сказал вслух то, что несколько человек думали о том, как усердно тренируется другой, и Ahmed Family оказался в центре. Единственная ссора в раздевалке, которая по-настоящему о футболе.
«Мы встречаемся — и каждый раз выходим из комнаты с теми же цифрами, с которыми вошли». Ещё один раунд переговоров в «Daugavpils», ещё одна неделя без подписи Ahmed Family.
Об этом никогда не объявляют, и все всё знают. В планах «Daugavpils» его теперь больше, чем месяц назад, и на базе это поняли раньше, чем сказал стартовый состав.
Jānis Beks и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
Состав30.08.2027
Ahmed Family поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
Пауза на матчи сборных — и футболка Daugavpils ненадолго превращается в рекламный щит. Вызов в сборную льстит игроку и воспитавшему его клубу одновременно.
Ничего на бумаге и ничего публично: слово об игровом времени, данное с глазу на глаз в «Daugavpils». Составы на ближайший месяц покажут, чего оно стоило.
Сделка с «Jelgava» завершена во всех смыслах, кроме того, который выводит его на поле. На этой стадии ничего не срывается — кроме тех случаев, когда срывается.
Предложение от «Daugavpils» ушло в «Spartaks», а болельщики ушли в интернет с мнением о нём. Изменит ли что-то первое или второе — решать продающему клубу.
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
«Это тянулось слишком долго. Лучше сказать в лицо, чем оставить как есть». Десять минут за закрытой дверью в «Daugavpils» — и оба вышли со словами, что всё в порядке.
«Это не обида. Я думал об этом месяцами, и ничто из последних событий моего решения не изменило». Заявление лежит на столе в «Daugavpils», и забирать его никто не собирается.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Daugavpils на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Из «Daugavpils» спросили — в «Jelgava» отказали, не обсуждая цифр. Самый недвусмысленный ответ в футболе — и тот, который клубы чаще всего возвращаются проверять.
Состав16.08.2027
Ahmed Family поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
Никто этого не подтвердит, а протоколы подтверждают каждую неделю. Одна ошибка купила ему период в роли второго выбора, который уже длиннее, чем заслуживала ошибка.
«Тридцать минут, закрытая дверь, всё сказано. Потом пожали руки». Что было сказано за закрытой дверью, там и осталось, — а наутро Gļebs Mihaļcovs тренировался как человек, у которого гора с плеч свалилась.
«Daugavpils» и «Jelgava» сошлись на $200.0K. Остальное — за игроком и его агентом, а болельщик, видевший такое раньше, знает: футболку с фамилией покупать рано.
Предложение ушло в «Spartaks» на этой неделе, и ответ теперь за ними. Первые предложения редко делают ради успеха — их делают, чтобы услышать, насколько громко захлопнется дверь.
Не сейчас и не за любую цену, которую клуб готов был произнести вслух. В «Jelgava» своего игрока сохранили, а «Daugavpils» возвращается к списку, в котором одной фамилией меньше.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Ahmed Family в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Rostand Njiki и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
«Я ставлю тех, кто делает работу. Всю работу». Ни одной фамилии не прозвучало — и всё же каждая камера повернулась к Calum Hewlett, а тренер этому не мешал.
«Тридцать минут, закрытая дверь, всё сказано. Потом пожали руки». Что было сказано за закрытой дверью, там и осталось, — а наутро Edgars Ivanovs тренировался как человек, у которого гора с плеч свалилась.
В «Spartaks» деньги приняли. Чего у «Daugavpils» пока нет — так это самого игрока, а между этой точкой и фотографией лежит разговор о зарплате, которого боятся обе стороны.
Не сейчас и не за любую цену, которую клуб готов был произнести вслух. В «Spartaks» своего игрока сохранили, а «Daugavpils» возвращается к списку, в котором одной фамилией меньше.
«Мы встречаемся — и каждый раз выходим из комнаты с теми же цифрами, с которыми вошли». Ещё один раунд переговоров в «Daugavpils», ещё одна неделя без подписи Ahmed Family.
«Иногда просыпаешься и понимаешь, что всё родное по-прежнему очень далеко». Дело не в футболе и никогда не было в футболе: в Daugavpils имеют дело с человеком, которому нужна другая страна.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Elijah Addai в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Кто-то прошёл мимо него вперёд. Это не вывод из состава — это хуже, потому что вывод из состава касается одной субботы, а это — того, где он теперь стоит.
«Это тянулось слишком долго. Лучше сказать в лицо, чем оставить как есть». Десять минут за закрытой дверью в «Daugavpils» — и оба вышли со словами, что всё в порядке.
«Мне нечего сказать плохого об этом месте. Просто мне нужно быть в другом». Теперь это на бумаге, и «Daugavpils» уже не смогут сделать вид, что не слышали.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Daugavpils на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Ahmed Family в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
«Это тянулось слишком долго. Лучше сказать в лицо, чем оставить как есть». Десять минут за закрытой дверью в «Daugavpils» — и оба вышли со словами, что всё в порядке.
«Это не обида. Я думал об этом месяцами, и ничто из последних событий моего решения не изменило». Заявление лежит на столе в «Daugavpils», и забирать его никто не собирается.
Ziad Ouled-Haj-M'hand оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Не сейчас и не за любую цену, которую клуб готов был произнести вслух. В «Jelgava» своего игрока сохранили, а «Daugavpils» возвращается к списку, в котором одной фамилией меньше.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Ahmed Family в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
«Я ставлю тех, кто делает работу. Всю работу». Ни одной фамилии не прозвучало — и всё же каждая камера повернулась к Shunsuke Murakami, а тренер этому не мешал.
Из «Daugavpils» позвонили в «Jelgava». Без трансферной суммы, с долей зарплаты и с запасной футболкой на позиции, где состав весь сезон был тоньше всего.
«Мне сказали, какая у меня будет роль, и я подписывал контракт исходя из этого. Ничего не произошло». Претензия с конкретной датой улаживается тяжелее всего.
Он будет играть здесь до лета, а потом бесплатно выйдет за дверь, уже подписав контракт в другом месте. Первую часть этой фразы болельщики переживут; проблема во второй.
Ziad Ouled-Haj-M'hand и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
«Я никогда не хотел быть где-то ещё. Здесь остались незакрытые дела». Nil Lorenzo продлевает соглашение с «Daugavpils» ещё на 3 года.
Состав12.07.2027
Elijah Addai поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
В «Spartaks» деньги приняли. Чего у «Daugavpils» пока нет — так это самого игрока, а между этой точкой и фотографией лежит разговор о зарплате, которого боятся обе стороны.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Ahmed Family в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Daugavpils на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
«Я ставлю тех, кто делает работу. Всю работу». Ни одной фамилии не прозвучало — и всё же каждая камера повернулась к Edgars Ivanovs, а тренер этому не мешал.
У «Jelgava» спросили, готовы ли они его одолжить. Аренды либо согласовывают быстро, либо не согласовывают вовсе, и эта к выходным станет либо тем, либо другим.
5 новичков, средний возраст, который никто не назвал бы составом, и родители, которым показывают здание, где их сыновья будут проводить больше времени, чем дома. Просмотры давно позади; сегодня только бумаги.
Месяц достаточно длинный, чтобы туда никто не попал случайно. Daniel Kivinda вошёл в лучшую одиннадцатку дивизиона — комплимент тише награды и надёжнее её.
Предложение «Skonto» по Ceti Junior Tchibinda выслушали и вернули в тот же день. Первые заявки редко делаются, чтобы пройти, — ими проверяют, насколько громко захлопнется дверь.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Daugavpils на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Не сейчас и не за любую цену, которую клуб готов был произнести вслух. В «Spartaks» своего игрока сохранили, а «Daugavpils» возвращается к списку, в котором одной фамилией меньше.
Кто-то сказал вслух то, что несколько человек думали о том, как усердно тренируется другой, и Ahmed Family оказался в центре. Единственная ссора в раздевалке, которая по-настоящему о футболе.
Ничего на бумаге и ничего публично: слово об игровом времени, данное с глазу на глаз в «Daugavpils». Составы на ближайший месяц покажут, чего оно стоило.
До конца контракта — 6 мес., и обе стороны понимают, что это значит: с каждой неделей без подписи сумма, которую может просить «Daugavpils», падает, а зарплата, которую может просить Chuks Faruk, растёт.
«Это не обида. Я думал об этом месяцами, и ничто из последних событий моего решения не изменило». Заявление лежит на столе в «Daugavpils», и забирать его никто не собирается.
Предложение «Spartaks» по Elijah Addai выслушали и вернули в тот же день. Первые заявки редко делаются, чтобы пройти, — ими проверяют, насколько громко захлопнется дверь.
Rostand Njiki оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Elijah Addai в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Из «Daugavpils» позвонили в «Jelgava». Без трансферной суммы, с долей зарплаты и с запасной футболкой на позиции, где состав весь сезон был тоньше всего.
Никто этого не подтвердит, и ничем другим селекцию последнего месяца не объяснить. Дорогая ошибка покупает игроку срок в запасе, который всегда длиннее самой ошибки.
Сумма согласована, контракт согласован, медосмотр назначен. К выходным Ahmed Family будет игроком другого клуба, а в «Daugavpils» уже тихо начали прощаться.
С «Jelgava» ударили по рукам; с игроком — ещё нет. Следующие на очереди — личные условия, а на личных условиях сделок умирает больше, чем кто-либо печатает.
Сделка с «Jelgava» завершена во всех смыслах, кроме того, который выводит его на поле. На этой стадии ничего не срывается — кроме тех случаев, когда срывается.
Хуже способа потерять футболиста не существует. Ahmed Family заранее договорился об уходе — значит, каждый матч отсюда и до июня проводит игрок, которого клуб уже не может продать, а наверху кому-то придётся объяснять, как до этого дошло.
Кто-то сказал вслух то, что несколько человек думали о том, как усердно тренируется другой, и Ahmed Family оказался в центре. Единственная ссора в раздевалке, которая по-настоящему о футболе.
Rostand Njiki и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
Коротко
ПравлениеИз раздевалки «Daugavpils» никто не спешил выходить
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Ahmed Family в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Есть особая теплота, которую стадион приберегает для 22-летнего, которого считает своим. У Daniel Kivinda она теперь есть, и всё, что он сделает здесь дальше, будут мерить по той доброжелательности, что досталась ему даром.
Бывают дни, когда вратарь и есть команда. 6 сейвов, причём несколько из тех, что отражать никто не рассчитывал, и счёт, который льстит всем, кто играл впереди него.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Daugavpils на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
«Я отдал этому всё, но моей семьи здесь нет — и меня, если честно, тоже». Плохую форму можно поправить тренировками. От этого тренировками не избавлялся ещё никто, и в Daugavpils это понимают.
«Это не обида. Я думал об этом месяцами, и ничто из последних событий моего решения не изменило». Заявление лежит на столе в «Daugavpils», и забирать его никто не собирается.
Самое трудное в том, чтобы в 21 играть за первую команду, — никто не делает скидок. Joel Yakubu они не понадобились: 8.36, и он выглядел самым спокойным человеком на поле.
Ziad Ouled-Haj-M'hand оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
6 без побед — такая серия меняет то, как город говорит о своём клубе, и остановилась она на «Metta/LU». Один результат ничего не чинит — и после одного результата всё ощущается иначе.
Кто-то сказал вслух то, что несколько человек думали о том, как усердно тренируется другой, и Ahmed Family оказался в центре. Единственная ссора в раздевалке, которая по-настоящему о футболе.
Есть особая теплота, которую стадион приберегает для 23-летнего, которого считает своим. У Rostand Njiki она теперь есть, и всё, что он сделает здесь дальше, будут мерить по той доброжелательности, что досталась ему даром.
Спросите любого на выходе со стадиона, в чём была разница между командами, — услышите одно имя: Joel Yakubu. 1‑0 с «Metta/LU», и аплодисменты после финального свистка звучали в основном для него.
Серия без побед дошла до отметки 6, и на стадионе поселилась особая тишина трибун, ждущих худшего. Одна корявая победа 1:0 вылечила бы почти всё — это и сводит с ума.
Состав17.05.2027
Ahmed Family поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
Табло с добавленным временем уже подняли, победу уже занесли в актив — и тут «Skonto» забивает. Худшей минуты для пропущенного гола не существует, и стадион опустел в той тишине, что наступает после.
«Я ставлю тех, кто делает работу. Всю работу». Ни одной фамилии не прозвучало — и всё же каждая камера повернулась к Gļebs Mihaļcovs, а тренер этому не мешал.
Каждый новичок ждёт его, и на каждой пресс-конференции о нём спрашивают, пока он не случится. Случился: «Daugavpils» дождался, а второй всегда приходит легче.
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
«Самая лёгкая подпись в моей карьере». Nil Lorenzo и Daugavpils договариваются ещё на 3 года, и тренер может строить планы вокруг него, а не насчёт него.
«Мы встречаемся — и каждый раз выходим из комнаты с теми же цифрами, с которыми вошли». Ещё один раунд переговоров в «Daugavpils», ещё одна неделя без подписи Rob Stoop.
4-е место, очков — 8, и финишный отрезок, который решит, будут ли в следующем сезоне еврокубковые четверги. Гонкой это пока никто не называет — так обычно и говорят во время гонки.
Самое трудное в том, чтобы в 14 играть за первую команду, — никто не делает скидок. Roberts Gabovs они не понадобились: 7.69, и он выглядел самым спокойным человеком на поле.
Кто-то сказал вслух то, что несколько человек думали о том, как усердно тренируется другой, и Ahmed Family оказался в центре. Единственная ссора в раздевалке, которая по-настоящему о футболе.
Rob Stoop оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Половина календаря сыграна, место — 4-е, на табло — 8. Умножить на два — арифметика, которую проделал каждый болельщик и которую никто в клубе не сделает вслух.
Серия дошла до 4, и вопросы вокруг «Daugavpils» звучат уже без всякой вежливости.
Состав26.04.2027
Ahmed Family поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Daugavpils на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
«Я ставлю тех, кто делает работу. Всю работу». Ни одной фамилии не прозвучало — и всё же каждая камера повернулась к Shunsuke Murakami, а тренер этому не мешал.
Тренерская26.04.2027
Взгляд с тренерской скамейки
«Мы это разберём, сделаем выводы и пойдём дальше». Три фразы, которые каждый тренер держит про запас на случай поражения 0‑2, — Vitalijs Kamess произнёс их перед залом, который слышал их и раньше.
Бывают дни, когда вратарь — это вся оборона. Сейвов — 6, несколько из тех, что никто не ожидал увидеть отбитыми, и десять полевых, которые должны ему выпивку.
Ziad Ouled-Haj-M'hand оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Кто-то сказал вслух то, что несколько человек думали о том, как усердно тренируется другой, и Ceti Junior Tchibinda оказался в центре. Единственная ссора в раздевалке, которая по-настоящему о футболе.
0‑1 в пользу Spartaks, и жаловаться не на что. Игра не заслуживала большего, чем получила.
Тренерская19.04.2027
Вердикт тренера
«Это на мне. Состав выбираю я, и выбрал неправильно». Тренеры говорят так, когда думают именно так — и когда нужно, чтобы так выглядело; после 0‑1 Vitalijs Kamess вышел из зала прежде, чем кто-то успел спросить, который из двух случаев.
В каждом составе каждый сезон у кого-нибудь есть такой матч. Этот — для Edgars Ivanovs: клуб, который узнал его первым, болельщики, которые на первой минуте решат, аплодировать ли, и «Daugavpils», где от него ждут, что он сыграет так, будто всё это неважно.
Тренерская19.04.2027
Daniel Kivinda стал для тренера человеком, которому тот доверяет
Никто в Daugavpils не скажет этого под запись, а составы говорят это уже несколько недель. В любой команде есть небольшая группа, которую выпускают, когда матч трудный, — и он теперь в ней.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Daugavpils на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Состав12.04.2027
Ahmed Family поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
До 91-й минуты — позади в счёте и, по любому честному прочтению, биты. Очки уже лежали в кармане у «Ventspils», один сектор всё ещё верил — как правило, именно тогда это и случается.
У тренера есть список, а у совета — условие к нему. Это не кризис: половина футбола так и живёт. Но именно это решает, чьё слово окажется последним в августе.
Daniel Kivinda решает исход, когда свисток уже должен был прозвучать
94-я минута. Daniel Kivinda нашёл завершение во времени, которое существовало только из-за прежних остановок, и Metta/LU за одно движение потерял очко.
Кто-то сказал вслух то, что несколько человек думали о том, как усердно тренируется другой, и Ahmed Family оказался в центре. Единственная ссора в раздевалке, которая по-настоящему о футболе.
Ему 22, а стадион уже поёт его имя — так бывает с местными мальчишками и почти никогда с новичками со стороны. Всё дальнейшее будут мерить по любви, которую он не заслужил ничем, кроме того, что отсюда родом.
«Самая лёгкая подпись в моей карьере». Rinolds Baikovs и Daugavpils договариваются ещё на 3 года, и тренер может строить планы вокруг него, а не насчёт него.
«Мы встречаемся — и каждый раз выходим из комнаты с теми же цифрами, с которыми вошли». Ещё один раунд переговоров в «Daugavpils», ещё одна неделя без подписи Ahmed Family.
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
«Есть решения, которые зреют долго. Это заняло десять минут, из них большая часть ушла на поиски ручки». Danila Patijčuks и «Daugavpils» продлили сотрудничество — в графе «срок» стоит цифра 2.
«Иногда просыпаешься и понимаешь, что всё родное по-прежнему очень далеко». Дело не в футболе и никогда не было в футболе: в Daugavpils имеют дело с человеком, которому нужна другая страна.
Ziad Ouled-Haj-M'hand оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Ahmed Family в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
«Skonto» увёз очки: поражение 0‑1 придётся объяснять трибунам.
Тренерская22.03.2027
Вердикт тренера
«Это на мне. Состав выбираю я, и выбрал неправильно». Тренеры говорят так, когда думают именно так — и когда нужно, чтобы так выглядело; после 0‑1 Vitalijs Kamess вышел из зала прежде, чем кто-то успел спросить, который из двух случаев.
Жаловаться тут не на что, и все участники это понимают, но дорога до скамейки короче от этого не становится. Форма — единственная валюта в футболе, под которую нельзя занять.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Ahmed Family в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Rob Stoop оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
«Я ставлю тех, кто делает работу. Всю работу». Ни одной фамилии не прозвучало — и всё же каждая камера повернулась к Shunsuke Murakami, а тренер этому не мешал.
Коротко
СоставНаграду лучшему молодому забирает игрок Daugavpils
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Ceti Junior Tchibinda в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Rob Stoop и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
Есть особая теплота, которую стадион приберегает для 21-летнего, которого считает своим. У Solomon Obed она теперь есть, и всё, что он сделает здесь дальше, будут мерить по той доброжелательности, что досталась ему даром.
«Кто не бежит за эту футболку, долго её не носит». Фамилию не назвали, да и не требовалось: в раздевалке поняли все.
Тренерская08.03.2027
Вердикт тренера
«Я не собираюсь увлекаться и им не позволю. Хороший день. Будут и потяжелее». После победы 2‑1 Vitalijs Kamess был краток — так тренеры ведут себя, когда довольны.
Протокол говорит это публично каждую неделю, пока что-то не изменится. Единственный вид отчисления из состава, с которым футболисту не поспорить, и тот, который он переносит тяжелее всего.
«Иногда просыпаешься и понимаешь, что всё родное по-прежнему очень далеко». Дело не в футболе и никогда не было в футболе: в Daugavpils имеют дело с человеком, которому нужна другая страна.
Ziad Ouled-Haj-M'hand и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
Кто-то сказал вслух то, что несколько человек думали о том, как усердно тренируется другой, и Ahmed Family оказался в центре. Единственная ссора в раздевалке, которая по-настоящему о футболе.
Ziad Ouled-Haj-M'hand оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Ahmed Family в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Daugavpils на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Не сейчас и не за любую цену, которую клуб готов был произнести вслух. В «Jelgava» своего игрока сохранили, а «Daugavpils» возвращается к списку, в котором одной фамилией меньше.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Ceti Junior Tchibinda в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Коротко
Состав7 новых лиц — Daugavpils всё ещё привыкает друг к другу
Переход, который Calum Hewlett совершил бы и бесплатно
У любой карьеры есть версия, в которой игрок оказывается там, где выбрал сам, а не там, где выбрали его. Calum Hewlett проживает эту версию в Daugavpils, и обычно это видно уже в первый месяц.
Из «Daugavpils» спросили — в «Sevastopol» отказали, не обсуждая цифр. Самый недвусмысленный ответ в футболе — и тот, который клубы чаще всего возвращаются проверять.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Ahmed Family в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Rob Stoop и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
«Я отдал этому всё, но моей семьи здесь нет — и меня, если честно, тоже». Плохую форму можно поправить тренировками. От этого тренировками не избавлялся ещё никто, и в Daugavpils это понимают.
«Это тянулось слишком долго. Лучше сказать в лицо, чем оставить как есть». Десять минут за закрытой дверью в «Daugavpils» — и оба вышли со словами, что всё в порядке.
«Я отдал этому всё, но моей семьи здесь нет — и меня, если честно, тоже». Плохую форму можно поправить тренировками. От этого тренировками не избавлялся ещё никто, и в Daugavpils это понимают.
Ziad Ouled-Haj-M'hand и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
«Есть решения, которые зреют долго. Это заняло десять минут, из них большая часть ушла на поиски ручки». Rob Stoop и «Daugavpils» продлили сотрудничество — в графе «срок» стоит цифра 3.
Запрос был сделан, ответ уместился в одно предложение. На столе нет суммы, потому что не существовало суммы, которой бы хватило.
Состав01.02.2027
Ahmed Family поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
«Я ставлю тех, кто делает работу. Всю работу». Ни одной фамилии не прозвучало — и всё же каждая камера повернулась к Shunsuke Murakami, а тренер этому не мешал.
У «Spartaks» спросили, готовы ли они его одолжить. Аренды либо согласовывают быстро, либо не согласовывают вовсе, и эта к выходным станет либо тем, либо другим.
Кто-то сказал вслух то, что несколько человек думали о том, как усердно тренируется другой, и Ceti Junior Tchibinda оказался в центре. Единственная ссора в раздевалке, которая по-настоящему о футболе.
Rostand Njiki оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Ни суммы, ни презентации, ни агента на ступеньках. Nikita Kamess в этом клубе с мальчишек и теперь официально в составе первой команды — а для местного читателя это лучше любого подписания любого размера.
Ни суммы, ни презентации, ни агента на ступеньках. Gatis Bulvitis в этом клубе с мальчишек и теперь официально в составе первой команды — а для местного читателя это лучше любого подписания любого размера.
Клубы тратят состояния на поиски игроков и изредка находят одного в конце коридора. Nikita Oss — как раз такой, и приём, который он получит в первом матче, будет иного рода, чем у любого новичка.
Кто-то сказал вслух то, что несколько человек думали о том, как усердно тренируется другой, и Ahmed Family оказался в центре. Единственная ссора в раздевалке, которая по-настоящему о футболе.
Медосмотр, подпись, футболка на фоне спонсорского щита. Трудная часть — с «Spartaks» — у «Daugavpils» позади, а оставшаяся — та, которую болельщики как раз и видят.
Не сейчас и не за любую цену, которую клуб готов был произнести вслух. В «Textilschik» своего игрока сохранили, а «Daugavpils» возвращается к списку, в котором одной фамилией меньше.
Кто-то сказал вслух то, что несколько человек думали о том, как усердно тренируется другой, и Ahmed Family оказался в центре. Единственная ссора в раздевалке, которая по-настоящему о футболе.
«Разрыв есть, и делать вид, что его нет, никому не поможет». Ни одна сторона не сдвинулась, а календарь работает ровно на одну из них.
Тренерская11.01.2027
Daniel Kivinda стал для тренера человеком, которому тот доверяет
Никто в Daugavpils не скажет этого под запись, а составы говорят это уже несколько недель. В любой команде есть небольшая группа, которую выпускают, когда матч трудный, — и он теперь в ней.
«Это не обида. Я думал об этом месяцами, и ничто из последних событий моего решения не изменило». Заявление лежит на столе в «Daugavpils», и забирать его никто не собирается.
Состав04.01.2027
Переход, который Chuks Faruk совершил бы и бесплатно
У любой карьеры есть версия, в которой игрок оказывается там, где выбрал сам, а не там, где выбрали его. Chuks Faruk проживает эту версию в Daugavpils, и обычно это видно уже в первый месяц.
Ziad Ouled-Haj-M'hand и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
Из «Daugavpils» спросили — в «Jelgava» отказали, не обсуждая цифр. Самый недвусмысленный ответ в футболе — и тот, который клубы чаще всего возвращаются проверять.
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
Ziad Ouled-Haj-M'hand оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Состав28.12.2026
Ahmed Family поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
«Самая лёгкая подпись в моей карьере». Alvis Jurkovskis и Daugavpils договариваются ещё на 3 года, и тренер может строить планы вокруг него, а не насчёт него.
Кто-то сказал вслух то, что несколько человек думали о том, как усердно тренируется другой, и Ahmed Family оказался в центре. Единственная ссора в раздевалке, которая по-настоящему о футболе.
Danila Patijčuks оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
У любой карьеры есть версия, в которой игрок оказывается там, где выбрал сам, а не там, где выбрали его. Japhet Matondo проживает эту версию в Daugavpils, и обычно это видно уже в первый месяц.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Ceti Junior Tchibinda в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
«Это тянулось слишком долго. Лучше сказать в лицо, чем оставить как есть». Десять минут за закрытой дверью в «Daugavpils» — и оба вышли со словами, что всё в порядке.
У каждого тренера в голове есть короткий список тех, кого он хочет видеть на поле, когда ставки растут, и его никогда не публикуют. Составы на большие матчи говорят: Daniel Kivinda в нём есть.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Ahmed Family в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Rostand Njiki и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
«Есть решения, которые зреют долго. Это заняло десять минут, из них большая часть ушла на поиски ручки». Danila Patijčuks и «Daugavpils» продлили сотрудничество — в графе «срок» стоит цифра 3.
Переход, который Solomon Obed совершил бы и бесплатно
У любой карьеры есть версия, в которой игрок оказывается там, где выбрал сам, а не там, где выбрали его. Solomon Obed проживает эту версию в Daugavpils, и обычно это видно уже в первый месяц.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Solomon Obed в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Rostand Njiki оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Daugavpils на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Кто-то сказал вслух то, что несколько человек думали о том, как усердно тренируется другой, и Ceti Junior Tchibinda оказался в центре. Единственная ссора в раздевалке, которая по-настоящему о футболе.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Ceti Junior Tchibinda в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Об этом никогда не объявляют, и это совершенно очевидно: самые большие дни сезона раз за разом включают его. Ложа прессы понимает это задолго до того, как в клубе подтвердят хоть слово.
Ziad Ouled-Haj-M'hand и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
Игроков в сборных — 4, занятия малолюдные, и тренер наконец слышит сам себя. Это единственная пауза в сезоне, и паузой она никогда до конца не ощущается.
Состав09.11.2026
Rinalds Aizups поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
Ziad Ouled-Haj-M'hand оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
«Тридцать минут, закрытая дверь, всё сказано. Потом пожали руки». Что было сказано за закрытой дверью, там и осталось, — а наутро Gļebs Mihaļcovs тренировался как человек, у которого гора с плеч свалилась.
Ziad Ouled-Haj-M'hand и партнёр сцепились, и не из-за футбола. Базы — тесные места, а долгий сезон делает их ещё теснее.
Состав19.10.2026
Rinalds Aizups поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
У каждого тренера в голове есть короткий список тех, кого он хочет видеть на поле, когда ставки растут, и его никогда не публикуют. Составы на большие матчи говорят: Daniel Kivinda в нём есть.
Коротко
ТренерскаяJanis Fertovs попросил разговора с тренером
Vladimirs Jurkovskis оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
«Это тянулось слишком долго. Лучше сказать в лицо, чем оставить как есть». Десять минут за закрытой дверью в «Daugavpils» — и оба вышли со словами, что всё в порядке.
Ziad Ouled-Haj-M'hand оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
Состав05.10.2026
Слишком много перемен и слишком быстро в Daugavpils
7 подписаний за три месяца. Каждое может быть усилением — и команда всё равно какое-то время будет играть хуже. Это та часть перестройки, которой нет ни в одном отчёте по трансферному окну.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Daugavpils на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Про репетитора заголовков не пишут. Но и объяснять никому не надо, что происходит с новичком, который два года остаётся человеком, с которым за обедом никто не может поговорить.
Теперь он похож на человека, который здесь живёт, а не на того, кто здесь работает. Ушёл почти весь сезон, но в Daugavpils разницу видно с последнего ряда.
Коротко
СоставОтчёты с тренировок о Elijah Addai невесёлые
«Мне нечего сказать плохого об этом месте. Просто мне нужно быть в другом». Теперь это на бумаге, и «Daugavpils» уже не смогут сделать вид, что не слышали.
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
«Есть решения, которые зреют долго. Это заняло десять минут, из них большая часть ушла на поиски ручки». Marcis Jurkovskis и «Daugavpils» продлили сотрудничество — в графе «срок» стоит цифра 3.
Ziad Ouled-Haj-M'hand и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
Кто-то сказал вслух то, что несколько человек думали о том, как усердно тренируется другой, и Ceti Junior Tchibinda оказался в центре. Единственная ссора в раздевалке, которая по-настоящему о футболе.
«Daugavpils» закрывает окно с составом собственной сборки
Пришло — 16, ушло — 0, и никаких перемен ещё несколько месяцев. У тренера есть то, что есть, у болельщиков — мнение об этом, а последнее слово останется за таблицей.
Vladimirs Jurkovskis и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
Не сейчас и не за любую цену, которую клуб готов был произнести вслух. В «Isloch» своего игрока сохранили, а «Daugavpils» возвращается к списку, в котором одной фамилией меньше.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Ceti Junior Tchibinda в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Новичков за одно окно: 7. Каждый может быть усилением, а команда какое-то время всё равно будет слабее — та часть перестройки, о которой никогда не пишут в итогах окна.
«Это тянулось слишком долго. Лучше сказать в лицо, чем оставить как есть». Десять минут за закрытой дверью в «Daugavpils» — и оба вышли со словами, что всё в порядке.
Осталось 11 мес., а сверху — тишина: ни предложения, ни переговоров, ничего, на что могли бы ответить его люди. Клуб, доверивший переговоры календарю, обычно заканчивает тем, что торгуется с календарём.
«Мне нечего сказать плохого об этом месте. Просто мне нужно быть в другом». Теперь это на бумаге, и «Daugavpils» уже не смогут сделать вид, что не слышали.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Daugavpils на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
$3.0K — максимум, который клуб был готов заплатить, а в «Metta/LU» просили больше. Такие сделки оживают в последнюю неделю окна примерно в половине случаев, и все участники это знают.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Elijah Addai в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Предложение от «Daugavpils» ушло в «Metta/LU», а болельщики ушли в интернет с мнением о нём. Изменит ли что-то первое или второе — решать продающему клубу.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Ceti Junior Tchibinda в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Из «Daugavpils» позвонили в «Jelgava». Без трансферной суммы, с долей зарплаты и с запасной футболкой на позиции, где состав весь сезон был тоньше всего.
У каждого тренера в голове есть короткий список тех, кого он хочет видеть на поле, когда ставки растут, и его никогда не публикуют. Составы на большие матчи говорят: Daniel Kivinda в нём есть.
Сезон, чтобы присмотреться к чужому игроку: Igors Kamess приходит из «Spartaks» с желанием доказать и обратным билетом в ящике стола. Хорошая аренда обогащает всех; эта начинается в субботу.
Ventspils проходит дальше, Daugavpils едет домой — 1‑5, вот и весь сказ. В раздевалке теперь скажут, что приоритет — чемпионат, потому что так в раздевалках говорят всегда.
Клубы договорились, игрок — нет. Отказ, причём публичный: «Liepaja» его оставляет, а здешним болельщикам остаётся гадать, что он такого слышал об этом месте.
Ziad Ouled-Haj-M'hand и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
6 голов. Обе скамейки провели второй тайм, глядя друг на друга, а не на поле. Пуристы будут ругать Daugavpils и Ventspils в равной мере; все остальные прекрасно провели время.
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
В «Daugavpils» сделали всё, кроме одного: не убедили самого игрока. Он остаётся в «Liepaja», а тренер возвращается к чертёжной доске с нетронутыми деньгами в банке.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Daugavpils на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Не сейчас и не за любую цену, которую клуб готов был произнести вслух. В «Spartaks» своего игрока сохранили, а «Daugavpils» возвращается к списку, в котором одной фамилией меньше.
Клубы тратят состояния на поиски игроков и изредка находят одного в конце коридора. Igors Gabovs — как раз такой, и приём, который он получит в первом матче, будет иного рода, чем у любого новичка.
Ни суммы, ни презентации, ни агента на ступеньках. Alvis Kamess в этом клубе с мальчишек и теперь официально в составе первой команды — а для местного читателя это лучше любого подписания любого размера.
Академия существует ровно ради этого утра. Alvis Stolcers прошёл все возрасты клуба и получил номер первой команды; самыми гордыми в здании будут те, кто тренировал его в двенадцать.
Ни суммы, ни презентации, ни агента на ступеньках. Eduards Bulvitis в этом клубе с мальчишек и теперь официально в составе первой команды — а для местного читателя это лучше любого подписания любого размера.
Из «Daugavpils» позвонили в «Liepaja». Без трансферной суммы, с долей зарплаты и с запасной футболкой на позиции, где состав весь сезон был тоньше всего.
Состав10.08.2026
Слишком много перемен и слишком быстро в Daugavpils
5 подписаний за три месяца. Каждое может быть усилением — и команда всё равно какое-то время будет играть хуже. Это та часть перестройки, которой нет ни в одном отчёте по трансферному окну.
«Есть решения, которые зреют долго. Это заняло десять минут, из них большая часть ушла на поиски ручки». Ziad Ouled-Haj-M'hand и «Daugavpils» продлили сотрудничество — в графе «срок» стоит цифра 4.
Ziad Ouled-Haj-M'hand оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Ceti Junior Tchibinda в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Осталось 49 мес., а сверху — тишина: ни предложения, ни переговоров, ничего, на что могли бы ответить его люди. Клуб, доверивший переговоры календарю, обычно заканчивает тем, что торгуется с календарём.
Из «Daugavpils» позвонили в «Liepaja». Без трансферной суммы, с долей зарплаты и с запасной футболкой на позиции, где состав весь сезон был тоньше всего.
Из «Daugavpils» позвонили в «Liepaja». Без трансферной суммы, с долей зарплаты и с запасной футболкой на позиции, где состав весь сезон был тоньше всего.
Запрос об аренде в «Spartaks»: подстраховка — или взгляд на того, кого клуб пока не может себе позволить купить. В любом случае ответ придёт в течение недели.
Его не выводят из состава. Просто в расстановке, в которой играет «Daugavpils», негде поставить человека, который делает то, что делает он, — и услышать это тяжелее, чем любой стартовый состав.