Гнев вокруг Sumgayit выплеснулся за пределы стадиона
Это уже не настроение на трибунах, а нечто организованное. Советы директоров могут долго не замечать плохую атмосферу; эту стадию не замечать долго не получится.
Жестоко, недвусмысленно и, при всём ужасе момента, обычно менее определяюще для карьеры, чем связка, которой боятся сильнее. 35 дней, ясные сроки и дата возвращения, под которую действительно можно планировать.
«Это не обида. Я думал об этом месяцами, и ничто из последних событий моего решения не изменило». Заявление лежит на столе в «Sumgayit», и забирать его никто не собирается.
Это не отрезок формы, а настоящая ступень вверх, удержанная месяцами. В 23 он делает на этом уровне то, чего не умел в начале сезона, и в тренерском штабе точно скажут, что именно.
5 мальчишек поднимаются наверх, и где-то в здании люди, тренировавшие их в двенадцать, тихо переживают лучшее утро своего рабочего года. Ничего из этого не попадает в результат — и ради этого академия и существует.
Карьере положено выйти на плато, а затем пойти вниз, и те, кто это опровергает, — всегда те, кто слушал тренеров на занятиях. 3 пунктов за месяцы — в возрасте, где направление обычно только одно.
Ни суммы, ни презентации, ни агента на ступеньках. Qara Nadirov в этом клубе с мальчишек и теперь официально в составе первой команды — а для местного читателя это лучше любого подписания любого размера.
Жестоко, недвусмысленно и, при всём ужасе момента, обычно менее определяюще для карьеры, чем связка, которой боятся сильнее. 43 дней, ясные сроки и дата возвращения, под которую действительно можно планировать.
Это не отрезок формы, а настоящая ступень вверх, удержанная месяцами. В 19 он делает на этом уровне то, чего не умел в начале сезона, и в тренерском штабе точно скажут, что именно.
В 26 прибавлять уже не полагается. А он прибавил: 3 пунктов над отметкой начала года — то, что случается с игроками, всерьёз относящимися к скучной части профессии.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Cédric Badolo в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Осталось 24 мес., а сверху — тишина: ни предложения, ни переговоров, ничего, на что могли бы ответить его люди. Клуб, доверивший переговоры календарю, обычно заканчивает тем, что торгуется с календарём.
Кость — единственная травма, к которой прилагается календарь. В «Sumgayit» назовут дату возвращения и, что для этого бизнеса необычно, скорее всего не ошибутся.
Ничего не объявлено, и все понимают, что это значит. Совет, который во вторник утром созывает весь футбольный департамент, — это совет, переставший верить, что проблема рассосётся сама.
Сезонов — 8, матчей — 188, и все здесь. Такие карьеры не проектируют; они случаются с определённым человеком в определённом клубе, и у этого города такой есть.
Из «Sumgayit» спросили — в «All Boys» отказали, не обсуждая цифр. Самый недвусмысленный ответ в футболе — и тот, который клубы чаще всего возвращаются проверять.
Кто-то сказал вслух то, что несколько человек думали о том, как усердно тренируется другой, и Cédric Badolo оказался в центре. Единственная ссора в раздевалке, которая по-настоящему о футболе.
«Есть решения, которые зреют долго. Это заняло десять минут, из них большая часть ушла на поиски ручки». Mehdi Cənnətov и «Sumgayit» продлили сотрудничество — в графе «срок» стоит цифра 2.
Смена на скамейке — это не одна история, а двадцать пять. Вот история Cavid Sheydaev: он был чьим-то игроком, а теперь должен стать чьим-то ещё, начиная с нуля.
Коротко
ТренерскаяEasah Suliman стал для тренера человеком, которому тот доверяет
Кость — единственная травма, к которой прилагается календарь. В «Sumgayit» назовут дату возвращения и, что для этого бизнеса необычно, скорее всего не ошибутся.
Jeimes и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
Состав26.07.2027
Eldar Kuliev поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
Болельщики организуются против руководства «Sumgayit»
Плохую атмосферу можно переждать. Группу людей, которые собираются после матча решить, что с ней делать, — нельзя, и все в клубе понимают, какая это стадия.
«Мне нечего сказать плохого об этом месте. Просто мне нужно быть в другом». Теперь это на бумаге, и «Sumgayit» уже не смогут сделать вид, что не слышали.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Sumgayit на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Карьере положено выйти на плато, а затем пойти вниз, и те, кто это опровергает, — всегда те, кто слушал тренеров на занятиях. 3 пунктов за месяцы — в возрасте, где направление обычно только одно.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Cédric Badolo в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
8 подписаний за три месяца. Каждое может быть усилением — и команда всё равно какое-то время будет играть хуже. Это та часть перестройки, которой нет ни в одном отчёте по трансферному окну.
Новая неделя, новый слух, новое опровержение, в которое никто до конца не верит. В Sumgayit знают: такие вещи решает рынок, а не спортивные полосы — но полосы громче.
С 15 очками команда стоит на 8-м месте, и в этой части города таблицу читают снизу вверх. Календарь перестал быть расписанием и превратился в обратный отсчёт.
В 35 прибавлять уже не полагается. А он прибавил: 3 пунктов над отметкой начала года — то, что случается с игроками, всерьёз относящимися к скучной части профессии.
Из «Sumgayit» спросили — в «Gabala» отказали, не обсуждая цифр. Самый недвусмысленный ответ в футболе — и тот, который клубы чаще всего возвращаются проверять.
Zamiq Əliyev и партнёр сцепились, и не из-за футбола. Базы — тесные места, а долгий сезон делает их ещё теснее.
Состав12.07.2027
Cédric Badolo поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
«Я отдал этому всё, но моей семьи здесь нет — и меня, если честно, тоже». Плохую форму можно поправить тренировками. От этого тренировками не избавлялся ещё никто, и в Sumgayit это понимают.
Об этом никогда не объявляют, и это совершенно очевидно: самые большие дни сезона раз за разом включают его. Ложа прессы понимает это задолго до того, как в клубе подтвердят хоть слово.
Руководство сказало вслух то, что до сих пор говорило только между собой. Всё решат результаты до следующего заседания, и арифметику эту в клубе понимают все.
Официально скажут, что оно было плановым. Оно не было плановым — об этом говорит момент, — и каждый в той комнате знает, во что обойдётся следующий плохой результат.
«Мне нечего сказать плохого об этом месте. Просто мне нужно быть в другом». Теперь это на бумаге, и «Sumgayit» уже не смогут сделать вид, что не слышали.
Состав05.07.2027
Zamiq Əliyev получает переход, которого всегда хотел
Футболистов так часто спрашивают о клубе их детства, что ответ уже никто не слушает. Zamiq Əliyev только что подписал контракт с Sumgayit — и в кои-то веки ответ имел значение.
Cavid Sheydaev и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
«Я отдал этому всё, но моей семьи здесь нет — и меня, если честно, тоже». Плохую форму можно поправить тренировками. От этого тренировками не избавлялся ещё никто, и в Sumgayit это понимают.
У «Gabala» спросили, готовы ли они его одолжить. Аренды либо согласовывают быстро, либо не согласовывают вовсе, и эта к выходным станет либо тем, либо другим.
Коротко
ПравлениеSumgayit принимает в академию 6 мальчишек
ТренерскаяAleksa Janković без человека, который его подписал
«Мне нечего сказать плохого об этом месте. Просто мне нужно быть в другом». Теперь это на бумаге, и «Sumgayit» уже не смогут сделать вид, что не слышали.
Это не отрезок формы, а настоящая ступень вверх, удержанная месяцами. В 23 он делает на этом уровне то, чего не умел в начале сезона, и в тренерском штабе точно скажут, что именно.
Карьере положено выйти на плато, а затем пойти вниз, и те, кто это опровергает, — всегда те, кто слушал тренеров на занятиях. 3 пунктов за месяцы — в возрасте, где направление обычно только одно.
Запрос был сделан, ответ уместился в одно предложение. На столе нет суммы, потому что не существовало суммы, которой бы хватило.
Состав28.06.2027
Cédric Badolo поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Sumgayit на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
У каждого тренера в голове есть короткий список тех, кого он хочет видеть на поле, когда ставки растут, и его никогда не публикуют. Составы на большие матчи говорят: Danylo Beskorovainyi в нём есть.
Новая неделя, новый слух, новое опровержение, в которое никто до конца не верит. В Sumgayit знают: такие вещи решает рынок, а не спортивные полосы — но полосы громче.
Гнев вокруг Sumgayit выплеснулся за пределы стадиона
Это уже не настроение на трибунах, а нечто организованное. Советы директоров могут долго не замечать плохую атмосферу; эту стадию не замечать долго не получится.
В 22 он делает в этом сезоне то, чего не умел в прошлом, и делает это каждую неделю. Форма приходит и уходит; это продержалось достаточно, чтобы называться иначе.
Клубы договорились, игрок — нет. Отказ, причём публичный: «Gabala» его оставляет, а здешним болельщикам остаётся гадать, что он такого слышал об этом месте.
Карьере положено выйти на плато, а затем пойти вниз, и те, кто это опровергает, — всегда те, кто слушал тренеров на занятиях. 3 пунктов за месяцы — в возрасте, где направление обычно только одно.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Cédric Badolo в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
С 15 очками команда стоит на 8-м месте, и в этой части города таблицу читают снизу вверх. Календарь перестал быть расписанием и превратился в обратный отсчёт.
«Мне нечего сказать плохого об этом месте. Просто мне нужно быть в другом». Теперь это на бумаге, и «Sumgayit» уже не смогут сделать вид, что не слышали.
Новичков за одно окно: 7. Каждый может быть усилением, а команда какое-то время всё равно будет слабее — та часть перестройки, о которой никогда не пишут в итогах окна.
Salman Ələsqərov и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
Из «Sumgayit» позвонили в «Salernitana». Без трансферной суммы, с долей зарплаты и с запасной футболкой на позиции, где состав весь сезон был тоньше всего.
Ryan Gnonto — ему 20, и Sumgayit подписал его ради того футболиста, которым он станет, а не того, кто он сейчас. Основа подождёт; смысл такой сделки — в купленных годах.
Заявление совета уложилось в три предложения, и в одном из них были «результаты». Afran Huseynov работает достаточно давно, чтобы перевести: выигрывай в ближайшее время — или следующее заявление будет короче.
«Это не обида. Я думал об этом месяцами, и ничто из последних событий моего решения не изменило». Заявление лежит на столе в «Sumgayit», и забирать его никто не собирается.
Запрос был сделан, ответ уместился в одно предложение. На столе нет суммы, потому что не существовало суммы, которой бы хватило.
Состав07.06.2027
Cédric Badolo поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
Кто-то прошёл мимо него вперёд. Это не вывод из состава — это хуже, потому что вывод из состава касается одной субботы, а это — того, где он теперь стоит.
У «Neftchi» спросили, готовы ли они его одолжить. Аренды либо согласовывают быстро, либо не согласовывают вовсе, и эта к выходным станет либо тем, либо другим.
Кто-то сказал вслух то, что несколько человек думали о том, как усердно тренируется другой, и Cédric Badolo оказался в центре. Единственная ссора в раздевалке, которая по-настоящему о футболе.
Cavid Sheydaev оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Аренда должна была дать ему игру. Спустя 0 матчей и 0 голов он вернулся в Sumgayit, не продвинувшись ни на шаг, и каждый участник объяснит, почему это не его рук дело.
«Это тянулось слишком долго. Лучше сказать в лицо, чем оставить как есть». Десять минут за закрытой дверью в «Sumgayit» — и оба вышли со словами, что всё в порядке.
Об этом никогда не объявляют, и это совершенно очевидно: самые большие дни сезона раз за разом включают его. Ложа прессы понимает это задолго до того, как в клубе подтвердят хоть слово.
ТренерскаяТренер публично вступился за Eldar Kuliev
43Выпуск
Курьер «Sumgayit»
24.05.2027
От нашего футбольного обозревателяТревога
Трибуны24.05.2027
Болельщики организуются против руководства «Sumgayit»
Плохую атмосферу можно переждать. Группу людей, которые собираются после матча решить, что с ней делать, — нельзя, и все в клубе понимают, какая это стадия.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Eldar Kuliev в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Об этом никогда не объявляют, и это совершенно очевидно: самые большие дни сезона раз за разом включают его. Ложа прессы понимает это задолго до того, как в клубе подтвердят хоть слово.
«Это тянулось слишком долго. Лучше сказать в лицо, чем оставить как есть». Десять минут за закрытой дверью в «Sumgayit» — и оба вышли со словами, что всё в порядке.
С 15 очками команда стоит на 8-м месте, и в этой части города таблицу читают снизу вверх. Календарь перестал быть расписанием и превратился в обратный отсчёт.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Cédric Badolo в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
У каждого тренера в голове есть короткий список тех, кого он хочет видеть на поле, когда ставки растут, и его никогда не публикуют. Составы на большие матчи говорят: Trésor Mossi в нём есть.
Ничего на бумаге и ничего публично: слово об игровом времени, данное с глазу на глаз в «Sumgayit». Составы на ближайший месяц покажут, чего оно стоило.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Sumgayit на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
«Я пытался. Правда пытался, и каждый день просыпаюсь не там». Из этого в «Sumgayit» никого не вытренировать, и там никто не делает вид, что пытается.
Состав10.05.2027
Cédric Badolo поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
У каждого тренера в голове есть короткий список тех, кого он хочет видеть на поле, когда ставки растут, и его никогда не публикуют. Составы на большие матчи говорят: Easah Suliman в нём есть.
Её дважды опровергли и трижды напечатали — обычная арифметика. Пока Aleksa Janković что-нибудь не подпишет — контракт с «Sumgayit» или с кем-то ещё, — эта колонка принадлежит ему.
Заявление совета уложилось в три предложения, и в одном из них были «результаты». Afran Huseynov работает достаточно давно, чтобы перевести: выигрывай в ближайшее время — или следующее заявление будет короче.
«Иногда просыпаешься и понимаешь, что всё родное по-прежнему очень далеко». Дело не в футболе и никогда не было в футболе: в Sumgayit имеют дело с человеком, которому нужна другая страна.
Смена на скамейке — это не одна история, а двадцать пять. Вот история Aleksa Janković: он был чьим-то игроком, а теперь должен стать чьим-то ещё, начиная с нуля.
Понижение, о котором клуб никогда не объявляет, а раздевалка всегда замечает. Nadir Orucov дальше от состава, чем был, и причину ему не назовут, пока он не спросит.
Состав03.05.2027
Eldar Kuliev поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
Никто в Sumgayit не скажет этого под запись, а составы говорят это уже несколько недель. В любой команде есть небольшая группа, которую выпускают, когда матч трудный, — и он теперь в ней.
Новая неделя, новый слух, новое опровержение, в которое никто до конца не верит. В Sumgayit знают: такие вещи решает рынок, а не спортивные полосы — но полосы громче.
Болельщики организуются против руководства «Sumgayit»
Плохую атмосферу можно переждать. Группу людей, которые собираются после матча решить, что с ней делать, — нельзя, и все в клубе понимают, какая это стадия.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Sumgayit на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Состав26.04.2027
Cédric Badolo поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
«Я смотрю отсюда каждый матч «Sumgayit». Это всё, что нужно знать о том, где мои мысли». Аренда в «Inter» идёт своим чередом — но сердце в эту поездку так и не собралось.
Об этом никогда не объявляют, и это совершенно очевидно: самые большие дни сезона раз за разом включают его. Ложа прессы понимает это задолго до того, как в клубе подтвердят хоть слово.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Sumgayit на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Кто-то сказал вслух то, что несколько человек думали о том, как усердно тренируется другой, и Cédric Badolo оказался в центре. Единственная ссора в раздевалке, которая по-настоящему о футболе.
«Тридцать минут, закрытая дверь, всё сказано. Потом пожали руки». Что было сказано за закрытой дверью, там и осталось, — а наутро Masaki Murata тренировался как человек, у которого гора с плеч свалилась.
Новая неделя, новый слух, новое опровержение, в которое никто до конца не верит. В Sumgayit знают: такие вещи решает рынок, а не спортивные полосы — но полосы громче.
«Я отдал этому всё, но моей семьи здесь нет — и меня, если честно, тоже». Плохую форму можно поправить тренировками. От этого тренировками не избавлялся ещё никто, и в Sumgayit это понимают.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Sumgayit на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
«Я благодарен за игры, но футболистом я стал не для того, чтобы быть чьей-то запчастью». Он хочет вернуться в «Sumgayit», и 0 матчей из 9 говорят, что право на этот разговор он заработал.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Eldar Kuliev в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Об этом никогда не объявляют, и это совершенно очевидно: самые большие дни сезона раз за разом включают его. Ложа прессы понимает это задолго до того, как в клубе подтвердят хоть слово.
Danylo Beskorovainyi оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Обследование говорит: 38 дн. — а обследования всегда добрее реальности. Матчи в этом промежутке только что стали чьей-то чужой работой.
Состав05.04.2027
Cédric Badolo поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
Понижение, о котором клуб никогда не объявляет, а раздевалка всегда замечает. Xəyal Fərzullayev дальше от состава, чем был, и причину ему не назовут, пока он не спросит.
Об этом никогда не объявляют, и это совершенно очевидно: самые большие дни сезона раз за разом включают его. Ложа прессы понимает это задолго до того, как в клубе подтвердят хоть слово.
В любом составе есть игроки, которых привёл конкретный тренер, и игроки, которые просто достались по наследству. Xəyal Fərzullayev из первых, а человека, который хотел его здесь, в здании больше нет.
Настроение вокруг Sumgayit стало другим по существу
Болельщики, которые поют, когда всё плохо, — это болельщики. Болельщики, которые собираются после матча, — это проблема, и внутри клуба все понимают, что именно из двух происходит сейчас.
Eldar Kuliev и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
Состав29.03.2027
Cédric Badolo поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
«Я смотрю отсюда каждый матч «Sumgayit». Это всё, что нужно знать о том, где мои мысли». Аренда в «Inter» идёт своим чередом — но сердце в эту поездку так и не собралось.
Новая неделя, новый слух, новое опровержение, в которое никто до конца не верит. В Sumgayit знают: такие вещи решает рынок, а не спортивные полосы — но полосы громче.
С 15 очками команда стоит на 8-м месте, и в этой части города таблицу читают снизу вверх. Календарь перестал быть расписанием и превратился в обратный отсчёт.
Marius Savidan и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
«Я смотрю отсюда каждый матч «Sumgayit». Это всё, что нужно знать о том, где мои мысли». Аренда в «Inter» идёт своим чередом — но сердце в эту поездку так и не собралось.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Eldar Kuliev в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
«Я ставлю тех, кто делает работу. Всю работу». Ни одной фамилии не прозвучало — и всё же каждая камера повернулась к Höccət Haqverdi, а тренер этому не мешал.
Новая неделя, новый слух, новое опровержение, в которое никто до конца не верит. В Sumgayit знают: такие вещи решает рынок, а не спортивные полосы — но полосы громче.
Тренерская22.03.2027
Trésor Mossi стал для тренера человеком, которому тот доверяет
Никто в Sumgayit не скажет этого под запись, а составы говорят это уже несколько недель. В любой команде есть небольшая группа, которую выпускают, когда матч трудный, — и он теперь в ней.
«Я отдал этому всё, но моей семьи здесь нет — и меня, если честно, тоже». Плохую форму можно поправить тренировками. От этого тренировками не избавлялся ещё никто, и в Sumgayit это понимают.
Состав15.03.2027
Cédric Badolo поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
«Я благодарен за игры, но футболистом я стал не для того, чтобы быть чьей-то запчастью». Он хочет вернуться в «Sumgayit», и 0 матчей из 5 говорят, что право на этот разговор он заработал.
Об этом никогда не объявляют, и это совершенно очевидно: самые большие дни сезона раз за разом включают его. Ложа прессы понимает это задолго до того, как в клубе подтвердят хоть слово.
«Я ставлю тех, кто делает работу. Всю работу». Ни одной фамилии не прозвучало — и всё же каждая камера повернулась к Maksim Medvedev, а тренер этому не мешал.
Руководство сказало вслух то, что до сих пор говорило только между собой. Всё решат результаты до следующего заседания, и арифметику эту в клубе понимают все.
Cavid Sheydaev и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
Кто-то сказал вслух то, что несколько человек думали о том, как усердно тренируется другой, и Cédric Badolo оказался в центре. Единственная ссора в раздевалке, которая по-настоящему о футболе.
Любая команда наполовину состоит из игроков, которых тренер выбрал, и наполовину из тех, что достались ему в наследство. Aleksa Janković был выбран, выбравший его ушёл, и при следующем он начинает с нуля.
Матчей: 4, сухих: 0, и вратарь, не продвинувшийся ни на шаг с того дня, как уехал. Его ли это вина, арендовавшего клуба или тех, кто всё устроил, — в «Sumgayit» будут спорить об этом весь месяц.
Никто в Sumgayit не скажет этого под запись, а составы говорят это уже несколько недель. В любой команде есть небольшая группа, которую выпускают, когда матч трудный, — и он теперь в ней.
Коротко
ТренерскаяТренер сделал из Jeimes показательный пример
Болельщики организуются против руководства «Sumgayit»
Плохую атмосферу можно переждать. Группу людей, которые собираются после матча решить, что с ней делать, — нельзя, и все в клубе понимают, какая это стадия.
Руководство перестало публично поддерживать тренера. В футболе это обычно стадия перед коротким заявлением.
Трибуны01.03.2027
Qarabag разобрал Sumgayit по частям — и город требует объяснений
Закончилось 0-8. Вылет из кубка — разочарование; это был публичный разбор на части, а разница измеряется числом людей, которые всё ещё будут говорить об этом в августе.
«Мне сказали, какая у меня будет роль, и я подписывал контракт исходя из этого. Ничего не произошло». Претензия с конкретной датой улаживается тяжелее всего.
«Я отдал этому всё, но моей семьи здесь нет — и меня, если честно, тоже». Плохую форму можно поправить тренировками. От этого тренировками не избавлялся ещё никто, и в Sumgayit это понимают.
Это сентиментально, это совершенно искренне и это начало ухода, о котором никто не объявлял. Клуб может отнестись к этому благородно, а может сделать вид, что не расслышал.
Матч24.02.2027
Забивать не переставали
8 голов. Обе скамейки провели второй тайм, глядя друг на друга, а не на поле. Пуристы будут ругать Sumgayit и Qarabag в равной мере; все остальные прекрасно провели время.
С 15 очками команда стоит на 8-м месте, и в этой части города таблицу читают снизу вверх. Календарь перестал быть расписанием и превратился в обратный отсчёт.
Emil Mustafaiev оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Cédric Badolo в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
«Я смотрю отсюда каждый матч «Sumgayit». Это всё, что нужно знать о том, где мои мысли». Аренда в «Inter» идёт своим чередом — но сердце в эту поездку так и не собралось.
Об этом никогда не объявляют, и это совершенно очевидно: самые большие дни сезона раз за разом включают его. Ложа прессы понимает это задолго до того, как в клубе подтвердят хоть слово.
Новая неделя, новый слух, новое опровержение, в которое никто до конца не верит. В Sumgayit знают: такие вещи решает рынок, а не спортивные полосы — но полосы громче.
Danylo Beskorovainyi и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
«Я благодарен за игры, но футболистом я стал не для того, чтобы быть чьей-то запчастью». Он хочет вернуться в «Sumgayit», и 4 матчей из 25 говорят, что право на этот разговор он заработал.
Кто-то сказал вслух то, что несколько человек думали о том, как усердно тренируется другой, и Cédric Badolo оказался в центре. Единственная ссора в раздевалке, которая по-настоящему о футболе.
У каждого тренера в голове есть короткий список тех, кого он хочет видеть на поле, когда ставки растут, и его никогда не публикуют. Составы на большие матчи говорят: Easah Suliman в нём есть.
Тренерская15.02.2027
Тренер сделал из Eldar Kuliev показательный пример
«Кто не бежит за эту футболку, долго её не носит». Фамилию не назвали, да и не требовалось: в раздевалке поняли все.
Его не выводят из состава. Просто в расстановке, в которой играет «Sumgayit», негде поставить человека, который делает то, что делает он, — и услышать это тяжелее, чем любой стартовый состав.
У любой карьеры есть версия, в которой игрок оказывается там, где выбрал сам, а не там, где выбрали его. Raimundo Álvarez проживает эту версию в Sumgayit, и обычно это видно уже в первый месяц.
«Иногда просыпаешься и понимаешь, что всё родное по-прежнему очень далеко». Дело не в футболе и никогда не было в футболе: в Sumgayit имеют дело с человеком, которому нужна другая страна.
Никто в Sumgayit не скажет этого под запись, а составы говорят это уже несколько недель. В любой команде есть небольшая группа, которую выпускают, когда матч трудный, — и он теперь в ней.
РынокРынок сказал «нет»: Trésor Mossi остаётся на месте
27Выпуск
Курьер «Sumgayit»
01.02.2027
От нашего футбольного обозревателяТревога
Трибуны01.02.2027
Гнев вокруг Sumgayit выплеснулся за пределы стадиона
Это уже не настроение на трибунах, а нечто организованное. Советы директоров могут долго не замечать плохую атмосферу; эту стадию не замечать долго не получится.
«Это не обида. Я думал об этом месяцами, и ничто из последних событий моего решения не изменило». Заявление лежит на столе в «Sumgayit», и забирать его никто не собирается.
Правление01.02.2027
Дедлайн прошёл: подписано — 2, отпущено — 2
На этом дела «Sumgayit» закончены до следующего окна. Достаточно ли этого, ответят субботы, а не колонки, и первая суббота близко.
Marius Savidan оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Из «Sumgayit» спросили — в «Boca Juniors» отказали, не обсуждая цифр. Самый недвусмысленный ответ в футболе — и тот, который клубы чаще всего возвращаются проверять.
Состав01.02.2027
Cédric Badolo поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
«24 матчей за сборную — больше, чем я вообще рассчитывал, и пора, чтобы их набирал кто-то другой». В 34 он закончил со сборной и совсем не закончил с «Sumgayit».
Коротко
ТренерскаяТренер сделал из Trésor Mossi показательный пример
Из «Sumgayit» спросили — в «Estudiantes» отказали, не обсуждая цифр. Самый недвусмысленный ответ в футболе — и тот, который клубы чаще всего возвращаются проверять.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Sumgayit на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Состав25.01.2027
Cédric Badolo поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
Его не выводят из состава. Просто в расстановке, в которой играет «Sumgayit», негде поставить человека, который делает то, что делает он, — и услышать это тяжелее, чем любой стартовый состав.
«Тренер обошёлся немногими словами — и они ему были не нужны». Sənan Muradlı получил свой ответ от «Sumgayit»; что он с ним сделает — сюжет следующего окна.
Тренерская25.01.2027
Mehdi Cənnətov стал для тренера человеком, которому тот доверяет
Никто в Sumgayit не скажет этого под запись, а составы говорят это уже несколько недель. В любой команде есть небольшая группа, которую выпускают, когда матч трудный, — и он теперь в ней.
Новая неделя, новый слух, новое опровержение, в которое никто до конца не верит. В Sumgayit знают: такие вещи решает рынок, а не спортивные полосы — но полосы громче.
Cavid Sheydaev оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
«Я благодарен за игры, но футболистом я стал не для того, чтобы быть чьей-то запчастью». Он хочет вернуться в «Sumgayit», и 4 матчей из 21 говорят, что право на этот разговор он заработал.
Из «Sumgayit» позвонили в «Angers SCO». Без трансферной суммы, с долей зарплаты и с запасной футболкой на позиции, где состав весь сезон был тоньше всего.
Из «Sumgayit» позвонили в «Nueva Chicago». Без трансферной суммы, с долей зарплаты и с запасной футболкой на позиции, где состав весь сезон был тоньше всего.
Об этом никогда не объявляют, и это совершенно очевидно: самые большие дни сезона раз за разом включают его. Ложа прессы понимает это задолго до того, как в клубе подтвердят хоть слово.
Его не выводят из состава. Просто в расстановке, в которой играет «Sumgayit», негде поставить человека, который делает то, что делает он, — и услышать это тяжелее, чем любой стартовый состав.
Коротко
ТренерскаяMasaki Murata попросил разговора с тренером
Не сейчас и не за любую цену, которую клуб готов был произнести вслух. В «Barau» своего игрока сохранили, а «Sumgayit» возвращается к списку, в котором одной фамилией меньше.
Cavid Sheydaev и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
«Иногда просыпаешься и понимаешь, что всё родное по-прежнему очень далеко». Дело не в футболе и никогда не было в футболе: в Sumgayit имеют дело с человеком, которому нужна другая страна.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Cédric Badolo в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Никто в Sumgayit не скажет этого под запись, а составы говорят это уже несколько недель. В любой команде есть небольшая группа, которую выпускают, когда матч трудный, — и он теперь в ней.
Гнев вокруг Sumgayit выплеснулся за пределы стадиона
Это уже не настроение на трибунах, а нечто организованное. Советы директоров могут долго не замечать плохую атмосферу; эту стадию не замечать долго не получится.
Не сейчас и не за любую цену, которую клуб готов был произнести вслух. В «Nueva Chicago» своего игрока сохранили, а «Sumgayit» возвращается к списку, в котором одной фамилией меньше.
Emil Mustafaiev и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
«Иногда просыпаешься и понимаешь, что всё родное по-прежнему очень далеко». Дело не в футболе и никогда не было в футболе: в Sumgayit имеют дело с человеком, которому нужна другая страна.
9 без побед — такая серия меняет то, как город говорит о своём клубе, и остановилась она на «AZAL». Один результат ничего не чинит — и после одного результата всё ощущается иначе.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Sumgayit на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Спросите любого на выходе со стадиона, в чём была разница между командами, — услышите одно имя: Roi Kehat. 1‑0 с «AZAL», и аплодисменты после финального свистка звучали в основном для него.
Любой клуб отдаёт игрокам большую часть заработанного. Отдавать почти всё — это уже другая конструкция, и заканчивалась она одинаково каждый раз, когда кто-то её пробовал.
«Вся заслуга — игроков. Моя работа сегодня была лёгкой». Лёгкой она не была, и все в зале это знали; после 1‑0 Afran Huseynov мог позволить себе щедрость.
Бывают дни, когда вратарь — это вся оборона. Сейвов — 6, несколько из тех, что никто не ожидал увидеть отбитыми, и десять полевых, которые должны ему выпивку.
Оба клуба в трясине, один матч между ними, и стадион, который будет громче и испуганнее, чем когда-либо за сезон. В «Sumgayit» знают, что на кону, — и в гостевом секторе тоже.
Состав21.12.2026
Cédric Badolo поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
«Я благодарен за игры, но футболистом я стал не для того, чтобы быть чьей-то запчастью». Он хочет вернуться в «Sumgayit», и 3 матчей из 17 говорят, что право на этот разговор он заработал.
«Болельщики имеют право злиться. Я тоже. Мы это исправим». 1‑2, тренер, произносящий положенные слова, и раздевалка, которая услышала другую их версию.
4 матчей, ни одного мяча и база, на которой перепробовали всё. Это кончится — засухи всегда кончаются, — но никто в Sumgayit не скажет, на какой именно неделе.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Sumgayit на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Оценка 7.13 при 11 действиях на обоих концах поля. Таких полузащитников называют невыразительными люди, которые ни разу не пробовали против такого сыграть.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Cédric Badolo в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
«Я ставлю тех, кто делает работу. Всю работу». Ни одной фамилии не прозвучало — и всё же каждая камера повернулась к Danylo Beskorovainyi, а тренер этому не мешал.
«Это не конец света — и этого недостаточно. Верно и то и другое». После ничьей 0‑0 тренер сказал честную вещь, а потом пошёл повторить её за закрытой дверью.
3 отражённых ударов в серии и стадион, который будет описывать каждый из них ещё двадцать лет. Вратарю хватает одного такого вечера, чтобы остаться в памяти.
«Это не обида. Я думал об этом месяцами, и ничто из последних событий моего решения не изменило». Заявление лежит на столе в «Sumgayit», и забирать его никто не собирается.
23 оборонительных действий и сухой матч в итоге. День защитника можно рассказать только через то, чего не случилось, — поэтому нарезку из него никто не сделает, а взял бы его любой тренер дивизиона.
3 матчей, ни одного мяча и база, на которой перепробовали всё. Это кончится — засухи всегда кончаются, — но никто в Sumgayit не скажет, на какой именно неделе.
С 8 очками команда стоит на 8-м месте, и в этой части города таблицу читают снизу вверх. Календарь перестал быть расписанием и превратился в обратный отсчёт.
Höccət Haqverdi и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
Состав30.11.2026
Cédric Badolo поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
Тренерская30.11.2026
Вердикт тренера
«Это на мне. Состав выбираю я, и выбрал неправильно». Тренеры говорят так, когда думают именно так — и когда нужно, чтобы так выглядело; после 0‑1 Afran Huseynov вышел из зала прежде, чем кто-то успел спросить, который из двух случаев.
Каждый клуб отдаёт игрокам большую часть того, что зарабатывает. Отдавать почти всё — другая конструкция, и заканчивалась она одинаково всякий раз, когда её пробовали.
Серия без побед дошла до отметки 4, и на стадионе поселилась особая тишина трибун, ждущих худшего. Одна корявая победа 1:0 вылечила бы почти всё — это и сводит с ума.
Jeimes и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
«Самая лёгкая подпись в моей карьере». Rachid Moumini и Sumgayit договариваются ещё на 5 года, и тренер может строить планы вокруг него, а не насчёт него.
Гол, выведший Ravan вперёд, ещё крутили в повторе на экранах в фойе, когда Sumgayit сравнял — 4 минут спустя. Преимущество стоит ровно столько, сколько ты успел с ним сделать.
Кто-то сказал вслух то, что несколько человек думали о том, как усердно тренируется другой, и Cédric Badolo оказался в центре. Единственная ссора в раздевалке, которая по-настоящему о футболе.
«Я благодарен за игры, но футболистом я стал не для того, чтобы быть чьей-то запчастью». Он хочет вернуться в «Sumgayit», и 2 матчей из 13 говорят, что право на этот разговор он заработал.
Тренерская23.11.2026
Вердикт тренера
«Это на мне. Состав выбираю я, и выбрал неправильно». Тренеры говорят так, когда думают именно так — и когда нужно, чтобы так выглядело; после 1‑2 Afran Huseynov вышел из зала прежде, чем кто-то успел спросить, который из двух случаев.
«Это тянулось слишком долго. Лучше сказать в лицо, чем оставить как есть». Десять минут за закрытой дверью в «Sumgayit» — и оба вышли со словами, что всё в порядке.
Её дважды опровергли и трижды напечатали — обычная арифметика. Пока Aleksa Janković что-нибудь не подпишет — контракт с «Sumgayit» или с кем-то ещё, — эта колонка принадлежит ему.
У каждого тренера в голове есть короткий список тех, кого он хочет видеть на поле, когда ставки растут, и его никогда не публикуют. Составы на большие матчи говорят: Trésor Mossi в нём есть.
Цифры в раздевалке не остаются тайной и никогда не оставались. Он не просит больше, чем стоит: он спрашивает, почему тот, кто рядом, стоит дороже, — а в Sumgayit на такой вопрос отвечать сложнее.
Теперь он похож на человека, который здесь живёт, а не на того, кто здесь работает. Ушёл почти весь сезон, но в Sumgayit разницу видно с последнего ряда.
Бывают дни, когда вратарь — это вся оборона. Сейвов — 8, несколько из тех, что никто не ожидал увидеть отбитыми, и десять полевых, которые должны ему выпивку.
«Мне нечего сказать плохого об этом месте. Просто мне нужно быть в другом». Теперь это на бумаге, и «Sumgayit» уже не смогут сделать вид, что не слышали.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Sumgayit на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
«Я отдал этому всё, но моей семьи здесь нет — и меня, если честно, тоже». Плохую форму можно поправить тренировками. От этого тренировками не избавлялся ещё никто, и в Sumgayit это понимают.
«Есть решения, которые зреют долго. Это заняло десять минут, из них большая часть ушла на поиски ручки». Easah Suliman и «Sumgayit» продлили сотрудничество — в графе «срок» стоит цифра 3.
У каждого футболиста есть ответ на вопрос о клубе детства, и большинству никогда не выпадает по нему поступить. Paulinho выпало — в «Sumgayit», и первый месяц покажет, что это делает с человеком.
«Есть решения, которые зреют долго. Это заняло десять минут, из них большая часть ушла на поиски ручки». Paulinho и «Sumgayit» продлили сотрудничество — в графе «срок» стоит цифра 3.
Eldar Kuliev оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Кто-то сказал вслух то, что несколько человек думали о том, как усердно тренируется другой, и Cédric Badolo оказался в центре. Единственная ссора в раздевалке, которая по-настоящему о футболе.
Очков на экваторе — 8. Первая половина сезона — обещание, вторая — счёт к оплате, и город вот-вот узнает, чем была эта.
Состав26.10.2026
8 новых лиц — Sumgayit всё ещё привыкает друг к другу
Состав, перестроенный за одно окно, платит за это валютой, которую никто не закладывает в бюджет. Игра здесь хуже не суммы отдельных футболистов — она хуже суммы тех, кто уже успел сыграться.
«Я уехал не сидеть на скамейке. Хочу вернуться в Sumgayit и бороться за место в составе». 1 матчей из 9 в клубе Khazar говорят за него.
Тренерская26.10.2026
Взгляд с тренерской скамейки
«Мы это разберём, сделаем выводы и пойдём дальше». Три фразы, которые каждый тренер держит про запас на случай поражения 0‑1, — Afran Huseynov произнёс их перед залом, который слышал их и раньше.
«Тренер обошёлся немногими словами — и они ему были не нужны». Səbuhi Abdullazadə получил свой ответ от «Sumgayit»; что он с ним сделает — сюжет следующего окна.
Коротко
СоставMaksim Garayev, 19 лет, — лучший молодой игрок уик-энда
ТренерскаяТренер сделал из Orkhan Huseynov показательный пример
Есть особая теплота, которую стадион приберегает для 19-летнего, которого считает своим. У Maksim Garayev она теперь есть, и всё, что он сделает здесь дальше, будут мерить по той доброжелательности, что досталась ему даром.
Итог — 2‑0, и это был день Roi Kehat: забил, когда было нужно, и именно поэтому очки остаются у «Sumgayit».
Состав19.10.2026
Cédric Badolo поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
Orkhan Huseynov и партнёр сцепились, и не из-за футбола. Базы — тесные места, а долгий сезон делает их ещё теснее.
Тренерская19.10.2026
Вердикт тренера
«Я не собираюсь увлекаться и им не позволю. Хороший день. Будут и потяжелее». После победы 2‑0 Afran Huseynov был краток — так тренеры ведут себя, когда довольны.
В 19 лет его сравнивают со всеми остальными молодыми в дивизионе, и он выходит вперёд. Клубу хотелось бы, чтобы со временем это привело к взрослой версии той же награды.
Höccət Haqverdi оказался в центре, а к моменту, когда их растащили, вовлечёнными были ещё трое-четверо. База — тесное место, а долгий сезон делает её ещё теснее.
Состав12.10.2026
Cédric Badolo поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
В каждом составе каждый сезон у кого-нибудь есть такой матч. Этот — для Cavid Sheydaev: клуб, который узнал его первым, болельщики, которые на первой минуте решат, аплодировать ли, и «Sumgayit», где от него ждут, что он сыграет так, будто всё это неважно.
«Это тянулось слишком долго. Лучше сказать в лицо, чем оставить как есть». Десять минут за закрытой дверью в «Sumgayit» — и оба вышли со словами, что всё в порядке.
Коротко
ТренерскаяТренер даёт обещание: Höccət Haqverdi будет играть
Самое трудное в том, чтобы в 21 играть за первую команду, — никто не делает скидок. Cavid Sheydaev они не понадобились: 7.66, и он выглядел самым спокойным человеком на поле.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Sumgayit на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Удачных обводок: 19. Он проходил людей так, будто ему обещали за это приз, и к концу крайний защитник перестал делать вид, что старается.
Состав05.10.2026
Keffel поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
Каждый клуб отдаёт игрокам большую часть того, что зарабатывает. Отдавать почти всё — другая конструкция, и заканчивалась она одинаково всякий раз, когда её пробовали.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Keffel в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Höccət Haqverdi и партнёр сцепились, и не из-за футбола. Базы — тесные места, а долгий сезон делает их ещё теснее.
Состав28.09.2026
8 новых лиц — Sumgayit всё ещё привыкает друг к другу
Состав, перестроенный за одно окно, платит за это валютой, которую никто не закладывает в бюджет. Игра здесь хуже не суммы отдельных футболистов — она хуже суммы тех, кто уже успел сыграться.
«Я смотрю отсюда каждый матч «Sumgayit». Это всё, что нужно знать о том, где мои мысли». Аренда в «Khazar» идёт своим чередом — но сердце в эту поездку так и не собралось.
В каждом составе каждый сезон у кого-нибудь есть такой матч. Этот — для Eldar Kuliev: клуб, который узнал его первым, болельщики, которые на первой минуте решат, аплодировать ли, и «Sumgayit», где от него ждут, что он сыграет так, будто всё это неважно.
Бывают дни, когда вратарь — это вся оборона. Сейвов — 9, несколько из тех, что никто не ожидал увидеть отбитыми, и десять полевых, которые должны ему выпивку.
У гостевого сектора, наблюдающего, как один человек забивает дважды, есть особая тишина. Nikola Ninković её обеспечил, и 8.20 рядом с его фамилией скорее щедра ко всем остальным.
Rachid Moumini и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Cédric Badolo в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
«Очко есть очко, и я его беру, но должны были брать все три». Afran Huseynov после ничьей 2‑2 — фраза, которую в эти выходные в какой-то момент произнёс каждый тренер в стране.
«Это тянулось слишком долго. Лучше сказать в лицо, чем оставить как есть». Десять минут за закрытой дверью в «Sumgayit» — и оба вышли со словами, что всё в порядке.
В объявлении — 19 дн., а за ними год тихого восстановления, за которым никто не наблюдает. «Sumgayit» теряет игрока на сезон; он теряет то, чему труднее подобрать название.
Более жестокого способа проиграть матч не существует. Sumgayit забил на 126-й, начальный удар едва успели разыграть, а гостевой сектор всё ещё стоял, когда прозвучал свисток.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Keffel в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
Eldar Kuliev и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
Слова, которые физиотерапевт произносит медленно. 26 дней — это то, что объявит клуб, и всякий, кто уже слышал такой диагноз, знает, что цифра здесь наименьшая из проблем: колено возвращается раньше игрока.
В «AZAL» деньги приняли. Чего у «Sumgayit» пока нет — так это самого игрока, а между этой точкой и фотографией лежит разговор о зарплате, которого боятся обе стороны.
Погоня за Eldar Kuliev закончилась тем, что $1.4M сменили владельца, а у «Zira» кончились причины отказывать. Болельщики оценят эту сумму единственным способом, который имеет значение, — по субботам.
Roi Kehat и партнёр наговорили на этой неделе того, на что уйдёт больше недели, чтобы взять слова обратно. Дело было не в футболе, и в субботу играют оба.
Трибуны07.09.2026
Sumgayit тратит $1.4M на трансфер, которого хотел город
Самая редкая последовательность в футболе: болельщики о чём-то просят, и клуб идёт и делает это. $1.4M за Eldar Kuliev — и целую неделю никто ни на что не жалуется.
Кто-то сказал вслух то, о чём думали несколько человек. Keffel в центре этого, и команде предстоит выяснить, поднимется ли планка или эти двое просто перестанут разговаривать.
В объявлении — 33 дн., а за ними год тихого восстановления, за которым никто не наблюдает. «Sumgayit» теряет игрока на сезон; он теряет то, чему труднее подобрать название.
В «Sumgayit» сделали всё, кроме одного: не убедили самого игрока. Он остаётся в «APOEL», а тренер возвращается к чертёжной доске с нетронутыми деньгами в банке.
Не сейчас и не за любую цену, которую клуб готов был произнести вслух. В «Ravan» своего игрока сохранили, а «Sumgayit» возвращается к списку, в котором одной фамилией меньше.
Höccət Haqverdi и партнёр сцепились, и не из-за футбола. Базы — тесные места, а долгий сезон делает их ещё теснее.
Тренерская31.08.2026
Вердикт тренера
«Это на мне. Состав выбираю я, и выбрал неправильно». Тренеры говорят так, когда думают именно так — и когда нужно, чтобы так выглядело; после 0‑2 Afran Huseynov вышел из зала прежде, чем кто-то успел спросить, который из двух случаев.
В объявлении — 40 дн., а за ними год тихого восстановления, за которым никто не наблюдает. «Sumgayit» теряет игрока на сезон; он теряет то, чему труднее подобрать название.
Кто-то сказал вслух то, что несколько человек думали о том, как усердно тренируется другой, и Keffel оказался в центре. Единственная ссора в раздевалке, которая по-настоящему о футболе.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Sumgayit на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
«Болельщики имеют право злиться. Я тоже. Мы это исправим». 0‑3, тренер, произносящий положенные слова, и раздевалка, которая услышала другую их версию.
В объявлении — 21 дн., а за ними год тихого восстановления, за которым никто не наблюдает. «Sumgayit» теряет игрока на сезон; он теряет то, чему труднее подобрать название.
Бывают дни, когда вратарь и есть команда. 7 сейвов, причём несколько из тех, что отражать никто не рассчитывал, и счёт, который льстит всем, кто играл впереди него.
В «Sumgayit» сделали всё, кроме одного: не убедили самого игрока. Он остаётся в «Ravan», а тренер возвращается к чертёжной доске с нетронутыми деньгами в банке.
«Есть решения, которые зреют долго. Это заняло десять минут, из них большая часть ушла на поиски ручки». Rachid Moumini и «Sumgayit» продлили сотрудничество — в графе «срок» стоит цифра 5.
Не сейчас и не за любую цену, которую клуб готов был произнести вслух. В «Juventus» своего игрока сохранили, а «Sumgayit» возвращается к списку, в котором одной фамилией меньше.
Кто-то сказал вслух то, что несколько человек думали о том, как усердно тренируется другой, и Keffel оказался в центре. Единственная ссора в раздевалке, которая по-настоящему о футболе.
В объявлении — 28 дн., а за ними год тихого восстановления, за которым никто не наблюдает. «Sumgayit» теряет игрока на сезон; он теряет то, чему труднее подобрать название.
Академия существует ровно ради этого утра. Tamkin Khalilzade прошёл все возрасты клуба и получил номер первой команды; самыми гордыми в здании будут те, кто тренировал его в двенадцать.
Академия существует ровно ради этого утра. Richard Ismayilov прошёл все возрасты клуба и получил номер первой команды; самыми гордыми в здании будут те, кто тренировал его в двенадцать.
У «Inter» спросили, готовы ли они его одолжить. Аренды либо согласовывают быстро, либо не согласовывают вовсе, и эта к выходным станет либо тем, либо другим.
Запрос об аренде в «AZAL»: подстраховка — или взгляд на того, кого клуб пока не может себе позволить купить. В любом случае ответ придёт в течение недели.
«Самая лёгкая подпись в моей карьере». Ronaldo Vásquez и Sumgayit договариваются ещё на 4 года, и тренер может строить планы вокруг него, а не насчёт него.
«Иногда просыпаешься и понимаешь, что всё родное по-прежнему очень далеко». Дело не в футболе и никогда не было в футболе: в Sumgayit имеют дело с человеком, которому нужна другая страна.
Дело было не в футболе, и все, кто это видел, это понимают. Двое, которым в субботу играть вместе, сказали в Sumgayit на этой неделе то, что не забирается назад за неделю.
Имя Rüstəm Əhmədzadə всплыло в разговорах, к которым Sumgayit не имел отношения. Ничего официального, ничего подписанного — но и ничего случайного.
Состав03.08.2026
Keffel поссорился с партнёром из-за требовательности
Старейший спор любой раздевалки и единственный, который действительно про футбол: один считает, что другой вкладывается недостаточно. И это же тот спор, о котором тренер втайне не жалеет.
Предложения на столе по-прежнему нет, а контракт Aleksa Janković всё короче. На языке кабинетов столь долгое молчание перестаёт быть недосмотром и становится ответом.